Саламандра укусила трех сестер

Вечер современной хореографии в Театре Луны

 
Традиционный вечер современной хореографии проектного театра-студии Ирины Афониной традиционно прошел в Театре Луны. Вокруг театра-студии группируются те, кому близка дансантная и сюжетная хореография – тем неожиданее было выступление на вечере литовской знаменитости, выдающейся танцовщицы Лореты Юодкайте, сейчас работающей в компании французского хореографа Рашида Урамдана. На ее фоне – каким танцем Лорета  бы ни занималась – сообществу театра-студии была задана планка профессионализма, достигнутая долгой самостоятельной работой, долгой учебой за рубежом, неготовностью ни к каким компромиссам по вопросам танца и данным от природы талантом.

То, что танцовщик студии, камерного балета «Москва» и «Нового балета» Павел Глухов взялся так активно ставить, получил на недавнем пермском конкурсе «Арабеск» имени Екатерины Максимовой премию в конкурсе современной хореографии за номер «Запах женщины», а СТД наблюдает за его творчеством с надеждой на перспективу, внушает только оптимизм.  Но спектакль «Три сестры» по Чехову пока можно показывать лабораторно, чтобы сразу задать поисковый и школьный режим в оценке постановки. Показное актерствование танцовщиц (три сестры Наталья Алексеенко, Елизавета Жукова, Анастасия Каргопольцева), которому он потакает, обнаруживает уровень мышления постановщика с такой обескурающей невинностью, что неловко  смотреть на сцену. Хореографический текст не так криклив, как дозволенная драматическая игра, он обычен, это классная работа, помещенная на сцену. Современность сестер показана костюмами Сергея Агафонова: спортивный трикотаж юбок и олимпиек на молниях украшен кружевами: и современницы чувствовать умеют. Умеют, нет сомнений, но почему не подысканы этому интересные художественные средства? 

Лаурет «Золотой маски»-2013, спектакль Екатерины Кисловой «Едоки», был награжден, по моему мнению, за совокупность деятельности театра-студии современной хореографии, за подвижническую деятельность руководителя Ирины Афониной и директора и продюсера Игоря Шегая. У хореографа Екатерины Кисловой есть талант: она умеет выразить русскую удаль – страшен был топочущий марш-танец невернувшихся с войны в «Выпускном», есть лихость и тихая философская пантомима мелкой пластики русских «чудиков» и в «Едоках». Тут  каждый норовит заесть чужой век насмешками и неодобрением, где на всех общий тяжелый труд и остекленевшая застылость времени. Как зрителю обидно, что физически и психологически верно подмеченная русская натура остается коротким всплеском, хореографическим междометием, этакой сознательной короткой проговоркой, дескать, вот как можем, но вам не покажем – а именно здесь, кажется, и кроется натура хореографа, почему-то прячущаяся.

«Сон саламандры» Лореты Юодкайте, приглашенной на вечер танцовщицы, еще раз доказал, как плодотворно сотрудничество танцовщика с четко понимающим задачу драматическим режиссером. Валентинас Масалскис  создал лаконичное пространство из крафтовых мешков и направленного в центр сцены  света. Грубые шуршащие мешки – утроба, из которой вылезает саламандра, «самое страшное животное на земле», по слову древнегреческого ученого Плиния, – пора прожить еще одну жизнь, совершить еще одну попытку стремиться к свету. Саламандре страшен белый свет – она не хищник и свой знаменитый яд она разбрызгивает только для самозащиты – и большую часть времени танцовщица, переживающая движение членистого насекомого как свое, проводит в тени, только лапкой заступая в круг света. Гибкие, длинные, мышечные руки и ноги Юодкайте шевелятся и замирают в неестественных для человеческого тела положениях – она и впрямь мыслит телом, которое сейчас тело насекомого. У саламандры есть перепонки и хвост – и мы понимаем, что видимая нами человеческая анатомия – своего рода оптический обман. От малейшего ветерка танцовщица вздрагивает: ее зооморфное воплощение дышит кожей, ветер приносит новости. После стольких опасностей наконец – сон, в котором саламандра, кружась в танце дервишей (его Лорета изучала в Турции), возносится к небу – она больше не ползучее пресмыкающееся, она доводит до экстаза кружением себя и зал и видит нечто, освобождающее ее. Для новой жизни. Поэтому – снова листы крафта и новая утроба. Новое рождение для сложной жизни на земле. 


Поделиться в социальных сетях:



Читайте также

Читайте также

Самое читаемое

  • Дмитрий Назаров с супругой уволены из МХТ

    Народный артист РФ Дмитрий Назаров и его супруга актриса Ольга Васильева уволены из МХТ им. Чехова, сообщает «МК» со ссылкой на приказ художественного руководителя театра Константина Хабенского.   Причиной увольнения называют позицию супругов против СВО, которую артисты высказывали публично. ...
  • Иван Панфилов: «У мамы тонкое чувство юмора»

    В 2018 году в преддверии юбилея легендарной Инны Чуриковой «Театрал» побеседовал с сыном актрисы Иваном ПАНФИЛОВЫМ. Сегодня в память об актрисе мы вновь публикуем это интервью.    – Иван, что для вас значит быть сыном поистине легендарной актрисы? ...
  • В ожидании «Щелкунчика»

    Балет Большого театра «Щелкунчик», созданный по мотивам сказки Гофмана, один из главных символов новогодней Москвы. В преддверии спектакля костюмеры ГАБТа провели экскурсию для «Театрала». В пошивочных цехах, размещенных на девятом этаже Исторической сцены, подготовка к спектаклю начинается примерно за полтора-два месяца до первого показа. ...
  • Десять фильмов Владимира Высоцкого

    25 января исполнится 85 лет со дня рождения выдающегося поэта и актера Владимира Высоцкого. «Театрал» подготовил для читателей подборку его киноработ. «Я родом из детства» (1966) Режиссер Виктор Туров. Тридцатилетний седой капитан-танкист, прошедший всю войну и горевший в танке, с лицом, по воле режиссёра был автором и исполнителем своих песен. ...
Читайте также