Владимир Рецептер

«Советоваться надо с Пушкиным»

 
Пушкинский театральный центр в апреле этого года отмечает 15-летие. В связи с юбилеем его создатель и бессменный руководитель – артист и пушкинист привозит на гастроли в Москву три спектакля театра-студии «Пушкинская школа»: «Горе от ума», «Самозванцы» (по «Борису Годунову») и «Русалку».
– Ваша служба на пушкинской ниве больше напоминает служение, почти миссионерство…Вы сами как расцениваете свою деятельность?

– Трудный вопрос. Потому что само слово «миссионер» вызывает бездну исторических ассоциаций. Некоторые миссионеры работали «огнем и мячом», что нас совершенно не касается. Поэтому отнесемся к этому слову с разумной осторожностью, но в то же время пушкинский театр – это моя давняя художественная идея. Потому что не может быть, чтобы Пушкин, который реформировал русскую прозу, русский стих, который стал основоположником новых художественных направлений в искусстве, не думал о своем театре. Принято считать, что «Борис Годунов», например, – это его итоговое произведение. Потому что оно самое большое. Между тем это чистой воды аберрация, потому что он начал с «Бориса Годунова», это же 1825 год! Он его написал в Михайловском. Это была первая проба драматургического пера. И вектор его развития – драматургического и театрального – идет от «Бориса Годунова» через «Маленькие трагедии», через «Сцены из рыцарских времен» – в «Русалку», которую лично я датирую 1836 годом в отличие от всех академиков.

– Вы спорите с пушкинистами?

– Об этом я много писал в своих книгах. Да и в журналах печаталась история читательских заблуждений, где рассказывается о поисках, о приближении к пушкинской рукописи, о выяснении порядка сцен, смыслового порядка работы над этой пьесой. По некоторым воспоминаниям накануне дуэли Пушкин рассказывал об окончании «Русалки» на обеде, посвященном дню рождения Жуковского. Значит, она его занимала до последнего времени. А это уже было в 37-м году. Получается вектор такой: на «Русалку» от «Бориса Годунова». Вот и представьте: мы покажем в Москве «Бориса Годунова», поставленного современным режиссером Иваном Стависским, который сейчас у нас ставит «Бурю» Шекспира, и покажем мою «Русалку». И «Горе от ума».

– А «Бурю» Шекспира Иван Стависский ставит тоже языком пушкинского театра?

– Я надеюсь, он ставит «Бурю» языком шекспировского театра. Дело в том, что Пушкин называл Шекспира «нашим отцом», и язык «нашего отца Шекспира», естественно, осваивался Пушкиным и как драматургом, и как человеком, думающим о будущем русского театра. Поэтому шекспировские занятия вполне в духе Пушкина и вполне в русле наших поисков. Шестой год я работаю со своими учениками. Театр мы назвали театр-студия «Пушкинская школа». Сам факт – «пушкинская школа» свидетельствует не о том, что мы хотим кого-то чему-то научить, а о том, что мы сами продолжаем пребывать в этой «пушкинской школе» и учиться у него. Ведь у нас давно есть Театр имени Пушкина, в котором к юбилейным датам время от времени ставили Пушкина, но нет системного изучения «театра Пушкина». В Англии, например, есть мемориальный шекспировский театр, который считает долгом своим ставить прежде всего Шекспира. В России есть Дом Островского – Малый театр, но никогда не было Дома Пушкина.

– Когда у вас любовь к Пушкину возникла? Когда работали у Товстоногова?

– Ну, я же университетский человек. Я же окончил сначала университет, а потом Театральный институт. Я окончил отделение журналистики в среднеазиатском университете в Ташкенте. Так что любовь к стихам и Пушкину… но это даже не любовь... мы все его в той или иной степени любим. Это уже тот мир, в котором человек существует, потому что интерес этот не формален. Пушкин необходим. Он самый умный человек, с кем еще посоветоваться? Только с ним! Он, по-моему, самый добрый, порядочный, чистый, глубокий. Он человек, с которым надо общаться.

– Ответы на все вопросы у него находите?

– Я у него нахожу вопросы, а не ответы на вопросы. А отвечать всегда приходится вам и нам. Каждый человек обязан отвечать по-своему. И так или иначе своими поступками он отвечает. Но искать готовых ответов у кого бы то ни было – пустое занятие. Человек должен попасть в атмосферу размышления и решать все про свою жизнь самостоятельно.


Поделиться в социальных сетях:



Читайте также

  • «Гоголь-Центр» обратился к своим зрителям

    В понедельник, 27 июня в телеграмм-канале «Гоголь-Центра» появилось обращение к зрителям. Публикуем его полностью. Дорогие зрители! В последнее время нам часто поступают вопросы про закрытие театра. Мы не можем опровергнуть эти слухи, так как до сих пор у нас нет информации о продлении контрактов Художественного руководителя Алексея Аграновича и Директора Алексея Кабешева, которые заканчиваются 4 июля. ...
  • Семь фильмов Владимира Мотыля

    26 июня исполнилось 95 лет со дня рождения кинорежиссера Владимира Мотыля. «Театрал» подготовил подборку его картин. «Очень важно ответить себе на этот вопрос: «Что конкретно разумного, доброго, вечного в том, что ты задумал? ...
  • Дарья Попова: «Это магический сеанс на два с половиной часа»

    Балетмейстер, режиссер спектакля «Королева» в Театре «Луны» Дарья Попова рассказала о работе над постановкой. – Дарья, о чем вам важно говорить со своим зрителем? – Художник должен говорить о том, что его волнует. ...
  • Скончался актер и режиссер Юрий Горобец

    26 июня в возрасте 90 лет скончался народный артист России Юрий Васильевич Горобец. Об этом «Театралу» стало известно от дочери актера. «С нашим театром Юрия Васильевича связывают долгие годы работы – он был ведущим артистом труппы десять лет при Борисе Равенских, затем ещё семь – при Борисе Морозове,  – написали на сайте Театра им. ...
Читайте также

Самое читаемое

Читайте также