От пола до потолка

Театральные сокровища хранятся в самом центре Москвы

 

– Осторожно, не споткнитесь, у нас тесные коридоры, – говорит Ада КОЛГАНОВА. По просьбе «Театрала» директор Российской государственной библиотеки искусств провела экскурсию по «закулисью».

...И оказалось, что все самые светлые и просторные помещения отданы читателям – остальные заняты стеллажами, каталогами и научными кабинетами. Свои сокровища самая богатая театральная библиотека страны хранит в особняке XVIII века на пересечении Большой Дмитровки и Кузнецкого Моста.

– Однажды я посчитала: на Дмитровке 28 ресторанных дверей, – говорит Ада Ароновна. – Да и на ближайших улицах целые кварталы заняты ресторанами. К сожалению, этот процесс не обошел стороной и наше здание: власти сдали в аренду цокольный этаж какому-то частнику. А потом оказалось, что юридически он крепко ухватился за эту площадь. Бесконечно обращаюсь во все инстанции: «Уберите ресторан, отдайте помещение под книгохранилище, в библиотеке переполнены фонды», – но нам отвечают: «Свободных площадей нет». Выглядит цинично: под нами 350 ресторанных квадратных метров – для библиотеки это стало бы колоссальным развитием. Существеннейшую часть нашего здания занимает санэпидстанция, которая готова была переехать, но площади выделяли-выделяли и не выделили. Впрочем, у них есть помещения еще по двум адресам… Так и бегаем по узким коридорам… Зайдите в книгохранилище – убедитесь сами. Книгами забиты все уголки, все кусочки стены. Какие уж правила размещения фонда! А каково выполнять противопожарные меры в этих условиях!

Книги из ларца


В XVIII веке дом принадлежал московскому вице-губернатору Мясоедову, затем здесь разместилось театральное училище, еще позже – контора Императорских театров. Дубовый паркет, арки, лепнина, мраморные колонны хотя и сохранились частично, но в них все же читаются интерьеры той жизни, когда в просторных кабинетах принимались судьбоносные решения для юного Шаляпина, когда учила здесь свою первую роль Гликерия Федотова, когда останавливался в гостевых комнатах Чайковский или великий трагик Томазо Сальвини…

Запищал кодовый замок, Ада Ароновна открыла массивную дверь книгохранилища, и показалось, что распахнулись створки огромного ларца, в котором от пола до потолка разместились десятки стеллажей, подсвеченные лампочками, соединенные перегородками и лесенками. Всего один зал, но жизнь в нем кипит против всех известных законов физики: сколько бы ни было заказов, библиотекари способны в считаные минуты отыскать нужные книги и, ни разу не столкнувшись, выдать читателю.

Сотрудникам «Театрала» здесь рады.

– А мы ведь все номера вашего журнала храним, – сказала одна из библиотекарей. – А еще посмотрите, в какой мы форме: вот так целый день побегаешь по этим проходам, никакой физкультуры не надо…

«Вы только приходите к нам…»


В самом деле, атмосфера библиотеки чувствуется с порога. Однажды в дверях появилась расстроенная Лия Ахеджакова – пришла извиниться за пропавшую книгу.

– Она восприняла это как настоящую трагедию: в жизни ничего не теряла, и вдруг… библиотечная книга, – продолжает Ада Ароновна. – Утешали, как могли: «Лия Меджидовна, стоит ли так переживать? Мы сами компенсируем потерю – вы только приходите к нам». А в хранилище, где вы сейчас были, раньше мелькал за стеллажами красный свитер Ширвиндта: мы охотно пускали туда Александра Анатольевича, поскольку ему хотелось без каталога работать, вживую – искал, пролистывая сотни книг. Активными читателями библиотеки всегда были Соломин, Райкин, Левитин, Розовский, Захаров, Райхельгауз, Титель, Михалков, Боровский, Шейнцис, Шахназаров, Басилашвили… Они и сейчас с нами, но ритм жизни такой, что не всегда успевают прийти лично – присылают помощников. Но мы-то знаем, что такое глубокое профессиональное чтение – истинно интеллигентное свойство больших художников.

– А общее число читателей в век Интернета снизилось? – задаю вопрос, пока мы движемся от книгохранилища к – новация библиотеки! – Музею читателя.

– Был такой период, когда действительно посещаемость падала. Видимо, многие понадеялись на Интернет и онлайн-магазины. Но прошлый год показал, что читатель к нам вернулся – мы обработали огромное количество требований, и немало этому способствовали виртуальные заказы. Сидя дома, ты можешь ознакомиться с электронным каталогом и заказать материалы. И, кстати, если эти книги, фотографии или открытки у нас отсканированы (и нет запретов по части авторского права), то библиотека может прислать их на любой гаджет – мы сейчас активно развиваем это направление.

Шляпки для Плисецкой


Предание утверждает, что в доме вице-губернатора был крепостной театр. А еще в «одном из просторных залов» в 1895 году Лев Толстой читал артистам Малого театра «Власть тьмы». Не исключено, что было это на втором этаже усадьбы – в зале с мраморными колоннами, где теперь разместился Музей читателя.

Читательские билеты, книги с автографами, фотографии, костюмы и эскизы, преподнесенные в дар… Экспозиция регулярно меняется. Опять же – ее надо собрать, но где место?! Главное, что весь этот музейный материал активно используется и сегодня.

– Посмотрите, у нас есть витрина, где выставлены читательские требования самых разных времен, – говорит Ада Ароновна. – Они стали документом эпохи. На основе этих заказов мы организовали большой справочный архив. Например, однажды Майя Плисецкая попросила, чтобы библиотека собрала отклики на ее выступления, и мы сделали подборку из двух тысяч наименований. Майя Михайловна осталась довольна, но мы решили, что этот материал пригодится и нашим читателям, поэтому копию справки сохранили и готовы выдать по первому требованию. Кого-то наверняка заинтересуют материалы, которыми пользовались Олег Шейнцис или Давид Боровский при работе над спектаклями. Сможем помочь, если кто-то пойдет по стопам выдающихся шекспироведов или библиофилов.

У нас есть заявки, которые делал Театр Мейерхольда или, скажем, Таиров, Гончаров, или Эфрос. Не менее интересно, как работала в библиотеке Татьяна Доронина. Всякий раз, когда получала она новую роль (неважно главную или небольшую), актриса приходила и заказывала все, что имеет отношение к той или иной эпохе: как одевались, где работали, о чем мечтали и так далее… Или та же Майя Плисецкая, получив в 1945 году свою первую роль – роль Раймонды в Большом театре, – пришла в библиотеку подбирать головной убор, причем не доверяла эту миссию никому, должна была сама найти единственно верный вариант.

А еще благодаря плотной работе со сценографами наши хранители собрали тематическую коллекцию изображений – атрибуты любой эпохи расписаны у нас вплоть до мелочей: какие носили бакенбарды, усы и бороды, какие были очки, пенсне, монокли и лорнеты, как выглядели пуговицы, ремешки и шнурочки, не говоря уже про историю белья, париков, обуви и остального…

Многоуважаемый шкаф


Библиотека въехала в это здание в 1948 году, а в предшествующие годы роскошное усадебное пространство было разделено перегородками на коммунальные квартиры. В комнатах, где некогда квартировали директора Большого театра, расположилась публика, которая тушила папиросы о батареи, а старинным «буржуйским» паркетом топила печи.

И все же, несмотря на революции и войны, несмотря на все дрязги советского времени, разруху и нищету, здесь каким-то чудом накопилась часть старинной мебели. Никто ее не тронул, не пустил на дрова как пережиток царской роскоши. Например, кабинетный книжный шкаф.

– Шкаф уникальный, он выполнен в редком стиле московского модерна, – говорит Ада Ароновна. – Смотрите, у него все элементы ассиметричны: с одной стороны прямые углы, с другой – арки, строгие геометрические линии и резной орнамент… Благодаря каталогам той поры, разысканиям реставраторов мы узнали: оказывается, это был целый комплект, который шел уступами. У нас сохранился лишь главный шкаф и тумбы. Сейчас мы пытаемся добыть деньги на его реставрацию, вот только главная беда: где выставлять? Пока, к сожалению, он на целые десятилетия застрял в служебном коридоре.

…И мы вновь говорим о том, с чего начали: катастрофическая нехватка площадей.

«К нам вернулся читатель…»


Но все равно в своих стесненных условиях РГБИ из театральной библиотеки превратилась в современный мультимедийный центр. И произошло это за короткий срок благодаря тому, что современные технологии, нацеленность на щедрый результат при любом, даже самом замысловатом запросе легко проникли в эти старинные стены, органично вписались старомосковскую патриархальную атмосферу.

– К нам вернулся читатель еще и потому, что мы активно идем к нему навстречу, – убеждена директор. – Наша библиотека охотно стала, например, участницей библионочи. Мы начали с того, что вышли на Кузнецкий Мост и раздавали те книги, которые недавно сами же выпустили. А еще в ход пошли изданные нами факсимиле, связанные с историей русского военного мундира, поскольку в фондах он представлен довольно полно. Я запомнила японцев, которые были так счастливы, что прибежали в библиотеку: «А что еще у вас есть?» Оказывается, они специально приехали в Москву в поисках материала и так с ним встретились...

Или, например, проходила Ночь искусств, посвященная звукам. Сначала мы восприняли это как что-то рекламное, как некое заигрывание с публикой. Но акция заинтересовала множество лиц. В ту ночь мы показывали редкие фильмы, в которых использовалась необычная техника звукозаписи. Была необычная выставка. Получился интереснейший вечер, были дискуссии и обсуждения. И в библиотеку записались больше сотни читателей…

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Владимир Андреев: «Между Кандинским поздним и ранним»

    «Это два эскиза Кандинского: поздний и ранний, где он чистый импрессионист! – сразу увлекает нас в экскурсию своему кабинету президент Ермоловского театра Владимир АНДРЕЕВ. – У меня даже есть работа Кандинского, на которой Ивана-царевича с царевной, несет серый волк. ...
  • Практический опыт

    По традиции, в новогодние праздники напоминаем лучшие тексты минувшего сезона. В нашей подборке – закулисье театра «Практика» (материал из июльского номера, вышедший в рамках спецпроекта «Театрала»). На первый взгляд закулисье этого театра напоминает подводную лодку или бункер. ...
  • «Ничего лучше уже не придумать»

    В праздничные дни, по традиции, повторяем материалы, вышедшие в «Театрале» в минувшем году. Сегодня в нашей подборке – закулисье театра «Мастерская Петра Фоменко».  «Когда мы ставили «Бесприданницу» (это была первая премьера в здании Новой сцены), Петр Наумович шутил: Паратов будет приплывать на своей «Ласточке» прямо по Москве-реке и выходить на сцену через окно», – рассказывает «Театралу» главный администратор «Мастерской Петра Фоменко» Вера ЗАВГОРОДНЯЯ. ...
  • Пространство без границ

    Переступив порог Театра Олега Табакова, зрители тянутся за телефонами. Не сделать здесь фото невозможно: от пола до потолка стены покрыты зеркалами самых разных размеров и форм. Идея нового пространства Сцены на Сухаревской принадлежит художественному руководителю Владимиру Машкову. ...
Читайте также