Что происходит с артистом?

Председатель СТД Александр Калягин о современном искусстве

 

Мы всегда недовольны современным театром. Все время у нас кризис. Мне друзья говорят: «А ты помнишь такое время, когда  театр не был в кризисе?» Действительно, кризис всегда. Может это и правильно, что театр так себя ощущает, может, поэтому и не стоит на месте, движется, развивается, ищет выходы. Находит их или еще больше себя загоняет в тупик. И снова ищет. В театр приходят люди неуемные: артисты – жадные до ролей, режиссеры, которые продолжают искать новые формы...

Старые не понимают молодых, молодые не слушают стариков. Я, к примеру, спрашиваю: «Ну, почему сегодня артисты так плохо говорят, почему выглядят статистами? Где личности, где масштаб? Их что, перестали учить?» А мне отвечают: «Так ведь  время постдраматического театра, а в этом театре артист используется лишь как одна из игровых кнопок». Конечно, обидно быть «кнопкой», вспоминаешь более приятное: «Единственный царь и владыка сцены – талантливый артист». (К.С. Станиславский).
Ну ладно, бог с ним с артистом, пусть он только «кнопка», но и Пушкин, и Шекспир, и Гоголь – тоже «кнопки»? Почему над ними и всеми другими классиками так издеваются? И меня снова ставят на место, чтобы глупых вопросов больше не задавал. Мне объясняют, что театр, наконец, освободился от порабощения   литературным текстом, нет больше повествовательной образности. Я несколько шокирован, но спросить, а где же смысл такого спектакля, вернее, перформанса или проекта (слово «спектакль» нынче тоже атавизм, я уже не решаюсь.

Мою иронию я хочу, чтобы правильно поняли. Постдраматический театр, постмодернизм или что-то еще подобное, пожалуйста, пусть существуют. Если есть адепты этого искусства,  дай бог, чтобы оно было талантливо и нашло своего зрителя.

На новогодних каникулах, находясь в Нью-Йорке, посмотрел спектакли театра «Глобус». Билеты было не достать, английской труппе пришлось даже продлить на месяц гастроли. Зрители, стоя по четыре часа, заворожено смотрели эти спектакли традиционного театра Англии. Я сам смотрел с восторгом каждый спектакль, завидовал совершенству актерских работ. Наверное, можно и без постдраматического театра быть интересным современному зрителю.

А совсем недавно я увидел спектакль Льва Додина «Вишневый сад». Если честно, я давно мечтал об этих забытых ощущениях, когда сидишь в театре и понимаешь, что смотришь совершенное произведение. Такое со мной происходило очень давно, уже даже казалось,  что больше не случится – и вдруг «Вишневый сад». Какие актерские работы! Как придумано пространство! В каждой детали, в каждом жесте столько смысла! Наверное, можно возликовать и во весь голос закричать: «Вот оно, торжество психологического театра. И вовсе не умер наш русский театр, господа!»

Но на самом деле, какая разница, психологический это театр или какой-то  другой, главное, что подлинный и восхитительный.  Додинский спектакль хочется рассказывать весь целиком, переходя от одной сцены к другой, описывать детали, жесты, фразы... Кричать браво каждому артисту, восхищаясь каждым отдельно, и тем, как они существуют вместе.   

«Люди отвыкают слышать, менять интонацию. Мне кажется, в этом сегодня и есть смысл и необходимость подлинного театра, который бы возвращал людям способность расслышать человеческую интонацию. Расслышать дрожь человеческого голоса. Разглядеть глаза, увидеть, что слезы не льются потоком, как в сериале, а где-то они накапливаются…» – это из интервью Льва Додина перед премьерой «Вишневого сада».

Так все просто, понятно и точно. И пусть умные теоретики вещают про «состояние паратаксиса, охватывающее основные элементы театрального произведения». А мне важно, как и это было всегда, со сцены услышать живую человеческую интонацию.         

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Виктор Рыжаков «Человек - это непонятно»

    25 мая 60-летний юбилей отмечает один из ведущих российских режиссеров, педагог Школы-студии МХАТ, на протяжении семи лет возглавлявший Центр Мейерхольда, руководитель «Июльансамбля», занявший в начале текущего года пост худрука московского театра «Современник» - Виктор Рыжаков. ...
  • «Осветить темную жизнь бедного человечества»

    Накануне юбилея Московского Художественного театра «Театрал» побеседовал об этой дате с историком театра Инной Соловьевой. - 20 лет тому назад Олег Николаевич Ефремов, который тогда возглавлял МХАТ, очень спокойно и очень серьезно сказал: «Мы справляем вовсе не столетие существования одного и того же театра, поскольку театры не живут так долго, оставаясь сами собой. ...
  • «На этой сцене творил мой отец!»

    Незадолго до празднования юбилея Московского художественного театра «Театрал» побеседовал с дочерью Иннокентия Смоктуновского, которая поздравила театр со знаменательной датой. - В октябре исполняется 120 лет Московскому художественному театру им. ...
  • Александр Калягин: «Страшная беда»

    Случилась трагедия, с которой невозможно смириться, которую трудно пережить. Я читаю фамилии погибших, и мне кажется, что каждого из них я знал лично, и такой болью отзывается в моем сердце каждое имя.   И совсем невыносимо для меня, что погиб Антон Николаевич Губанков, с которым столько лет нас связывали и сотрудничество, и добрая дружба. ...
Читайте также