Александр Збруев

«Все настоящее – в театре»

 

31 марта народному артисту России Александру Збруеву исполняется 70 лет. Но, глядя на энергичного, подтянутого мужчину, не веришь в сухие цифры официальных источников. Когда произносят фамилию Збруев, в памяти многих возникает задорный Ганжа из фильма «Большая перемена», нетипичный сотрудник уголовного розыска Алешин («Два билета на дневной сеанс» и «Круг»), трогательный спивающийся интеллигент, ищущий тепла и заботы из фильма «Одинокая женщина желает познакомиться» и обаятельный вор Березкин («Бедная Саша»). Ну а люди старшего поколения помнят его Димку в популярном фильме 60-х «Мой младший брат», где партнерами Збруева были Андрей Миронов и Олег Даль. Почти сорок лет он служит в театре «Ленком» и за эти годы сыграл в огромном количестве спектаклей: «В день свадьбы» (Женя), «Мой бедный Марат» (Марат), «Автоград XXI» (Хотынский), «Иванов» (Боркин), «Диктатура совести» (Андре Марта), «Хория» (Хория), «Мудрец» (Городулин), «Школа для эмигрантов» (Серж), «Варвар и еретик» (Астлей), «Шут Балакирев» (Ягужинский), «Ва-банк»(Прибытков), «Женитьба» (Анучкин).
– Многие, подходя к очередной круглой дате, как бы подводят черту под тем, что уже совершили, и строят планы на будущее.

– Нет, об этом я не думаю. У меня есть свое отношение к тому, что меня окружает. Я слежу за тем, какая выходит литература, что происходит в других театрах. Меня интересуют взаимоотношения между людьми. Поэтому я, по всей вероятности, в свое время согласился преподавать в ГИТИСе и четыре года был руководителем курса. Мне было просто интересно и любопытно. Интересны совсем молодые люди этого поколения. Наблюдать за тем, что для них любовь, а что предательство, что такое откровение, искренность. Любопытно их умение рассуждать о жизни. Иногда я для себя получал от них гораздо больше, чем они от меня.

– И тем не менее ушли с этой работы.

– Ушел. Потому что это очень ответственное дело и надо заниматься им вплотную, а так не получается. А просто сделать вид, что я веду курс... Зачем мне это нужно? У меня и сейчас есть предложения заняться преподавательской деятельностью, но я вынужден отказаться, потому что сегодня репертуар в театре так складывается, что я очень плотно занят в спектаклях.

– Александр, сегодня вы выходите на сцену в роли Анучкина. Насколько вам близок именно этот персонаж? Не хотели бы сыграть кого-то другого?

– Все дело в авторе. Это все-таки Гоголь, а его не так часто играют. По-моему, в «Ревизоре» и в «Женитьбе» все роли хороши. Поэтому, когда при распределении ролей я увидел свою фамилию, то не мог сожалеть о каком-то конкретном персонаже. Просто был рад этому событию. Потому что Гоголь – это какой-то особый жанр, и он дает большой полет фантазии. Не важно, играешь ли ты Анучкина, или кого-то еще. В этой роли я нормально существую, нормально репетирую и нормально играю.

– У вас часто бывает, чтобы вы не нашли общего языка с режиссером?

– Этот вопрос похож на другой – часто ли я отказываюсь от той или иной роли? В театре я практически никогда не отказываюсь. А в кино – да. В кино довольно часто. И, честно говоря, мне сейчас и не очень даже хочется сниматься. В связи с тем, что вообще происходит в нашем кинематографе. Ну, есть какие-то единичные, отдельные случаи, отдельные всплески. Но не больше того. Все держится на рекламе, на саморекламе, на каком-то дурновкусии. И актеры идут только для того, чтобы заработать деньги, либо ради собственной популяризации. Но я уже прошел тот период «чудесный», когда меня стали узнавать на улицах. И мне сейчас это не надо. Не это главное для артиста

– То есть сниматься в кино вас совершенно не тянет?

– Нет, не тянет. И не хочется попросту тратить время. Конечно, денег никогда не бывает много, нужно их зарабатывать каким-то образом. Но… Знаете, слегка перефразируя Раневскую, скажу: «Снялся – и деньги получишь, и популярность получишь, а вот стыд останется». Мне предлагают сняться и в рекламе, но не все решают деньги. Очень хорошо, что есть такое слово – «театр». Понимаете, театр – это очень многое определяет. В театре есть что-то настоящее, которое происходит сию секунду. Мне кажется, что сегодня актер может получить удовольствие и удовлетворение, только играя в театре.

– Александр, а если бы вы ставили пьесу как режиссер, то какому сценарию отдали бы предпочтение? Есть какие-то невоплощенные мечты?

– Я об этом не думал. Важна жизнь, важны взаимоотношения, важны ассоциации, важна какая-то энергия, которая присутствует в том или ином произведении, движение мысли, философия. Но это все вместе. Мы же в жизни встречаемся с чем угодно – и с хорошим, и чаще с плохим. И у каждого из нас, в том числе и у меня, существует масса проблем.

– И как вы с ними боретесь?

– Как я борюсь с проблемами? Вот сегодня пришел в театр и скоро начну бороться: выйду на сцену и на какое-то время забуду обо всех проблемах. Работа, она очень сильно отвлекает и погружает в какой-то другой мир.

– Александр, не знаю, согласитесь ли вы со мной, но в 90-е годы, после распада СССР, ваш театр в основном стали посещать зрители, у которых много денег. Такое впечатление, что шли не спектакль посмотреть, а себя показать. В фойе театра был парад золота и бриллиантов. Как когда-то в Театре на Таганке…

– Вы знаете, я обычно не разглядываю, сколько бриллиантов у той или иной пары, которая пришла в зрительный зал посмотреть спектакль. Да, наш театр ценен. Это доказывают и живые реакции зрительного зала, и желание людей попасть на любой наш спектакль, будь он новым или старым. Это говорит о многом.

– А вы сами ходите в другие театры?

– Я иногда смотрю спектакли в других театрах, но мне там скучно.

– Скучно в любом театре, кроме вашего?

– Нет, не в любом, конечно. Но есть такие театры. Спектакли чужие я смотрю иногда, но давно не видел ничего удивительного.

– Вы много работали вместе с Александром Абдуловым и в родном театре, и в антрепризе…

– Со спектаклем «Школа с театральным уклоном» мы с Сашей объездили очень много городов. Это одна из самых любимых мною пьес и наших совместных работ. Потому что там есть полет фантазии, возможность фантазировать и импровизировать. Каждый раз мы находили что-то новое, интересное. Вообще, когда Саша Абдулов на сцене, с ним не соскучишься. Он всегда предлагал какую-то новую импровизацию, ты в ответ предлагал свою. Завязывались какие-то очень интересные узлы, которые надо было бы тут же на сцене распутывать для зрителя. Иногда спектакль затягивался на десять минут – а для спектакля это много! Одним словом, все держалось на импровизации, на таком сиюсекундном общении.

– Что такое, на ваш взгляд, «удачная актерская судьба»? Актерское счастье?

– Актерское счастье? Не знаю. Это очень сложно. Есть ли актеры, которые говорят, что они абсолютно счастливы? Но, может, они сыграли все, что хотели сыграть? А когда пропускаешь что-то и к этому уже не вернешься?

Удачная актерская судьба… Я лично не знаю, что это такое. Очень много у меня вопросительных знаков к этой судьбе.

– Я вам желаю, чтобы их сменили восклицательные!

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Светлана Немоляева: «У меня были «двойки» по всем предметам»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Евгений Писарев: «Я приезжаю к маме — там культ меня!»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но пока не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Ольга Прокофьева: «Ее силе мог позавидовать любой мужчина»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Римас Туминас: «Однажды мама меня спасла»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но, по известным причинам, так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный по душевности сборник состоит из пятидесяти монологов именитых актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
Читайте также