Час суда

«МалоРоссийские песни» в «Школе драматического искусства»

 

После отъезда в Париж худрука ШДИ Анатолия Васильева казалось, что в театре царит полная растерянность и отчаяние. Но новый спектакль «Школы драматического искусства» опроверг это впечатление и сразу же был объявлен программным.
«МалоРоссийские песни» поставил Александр Огарев, один из учеников Васильева. Подчеркнуто уважительно использовав все, чему научил его мэтр, Огарев (который и сам уже давно не мальчик) создал ироничное, умное и абсолютно современное зрелище.

В успехе спектакля в большой степени повинна художник «МалоРоссийских песен» Вера Мартынова, которая создала в зале «Манеж» поистине волшебное пространство. Кубы разной формы и разной фактуры призваны изображать городские дома – и этот символ работает безотказно. Каждый зритель сидит на своем кубике, не имея возможности пошептаться и обсудить зрелище: вот он, мегаполис в действии. Артисты шляются между кубами, периодически апеллируя к зрителям, чуть ли не дергая за рукав.

Спектакль построен на нескольких эссе и стихотворениях, вроде бы не связанных между собой, но в режиссуре Огарева они обретают жесткие смысловые соединения. Оказывается, что при помощи «васильевского» стиля декламации преотлично и уморительно смешно звучит Дмитрий Александрович Пригов, этот хулиганский и эстетский современный классик, не говоря уж о Бродском. Эссе собственного сочинения «Бедная Лиза» в части «Из настоящего» читает актриса Наталия Кудряшова – нежное создание с широко открытыми бездонными глазами и голосом-колокольчиком. Она лепечет что-то романтическое и вдруг, нежно глядя в глаза зрителю, перемежает эти возгласы многоэтажным матерным ругательством. По всем параметрам такой поворот должен быть ужасен, но почему-то пятиэтажный великорусский не звучит пошло, зато стремительно снижает пафос этой соловьиной трели.

Холодная ирония Огарева распространяется на все, в том числе и на самого себя. Он играет то аниматора на открытии бутика (новелла «Репортаж»), то руководителя сводного оркестра: его дирижерская палочка извлекает из инструментов собравшихся лишь нестройный грохот. Спасает ситуацию только аутентичная музыка: семь девушек акапелла поют малороссийские песни. Очень красиво и очень качественно. И в их пении отрицание основ: им не нужен дирижер, темперации или ноты, но зато возрождаются корни: певицам довольно голосов и окружающего их магического мира.

Собственно, в стилистике совмещения несовместимого, в неожиданном сломе коридора реальности зрителя, эдаком «сдвиге точки сборки» и существуют актеры на протяжении спектакля. Смешно, страшно и честно.

В таком контексте поразительно звучит эссе «Из зала суда»: Александр Лаптий читает текст речи битцевского маньяка. Обморочный ужас, как в кошмарном сне: завернувшись в черный шелк наподобие римской тоги, он одну за другой душит каждую из участниц малороссийского хора, пока не прерывается на полуслове последний голос. Убийца с кришнаитской стрижкой, улыбаясь, повествует о причинах своих поступков. И страшны его сильные пальцы, сейчас нежно оглаживающие воздух, но столько раз сжимавшие шеи и ломавшие хребты. Автоматическое отстранение происходит ровно в тот момент, когда разум больше не может воспринимать чудовищную реальность, сверстанную режиссером. Становится очевидно: этот маньяк такой же, как Калигула или Суинни Тодд, про которых будут писать, ставить и снимать столько, сколько существует мир. Злодей античной трагедии, эдакий Герострат, только хозяйничающий не двадцать четыре века назад, а сегодня, сейчас. Оттого и так ужасен.

В финале «МалоРоссийских песен» актеры зачитывают последнее перед эмиграцией интервью Васильева. Зачитывают так, как прежде под его руководством читали Пушкина, а теперь читают Пригова: разложенным на голоса и звуки, с характерными ударениями и интонациями. И это смешно и грустно одновременно: Васильев стал историей. Просто историей.

Поэтому множество отсылок к разным работам маэстро, что рассыпаны по всему спектаклю, здесь более чем уместны: «В спектакле летают голуби – привет «Плачу Иеремии». Но они не белые, а сизые, – объясняет Огарев – Они уже из другой истории. Не из той, поэтической, когда мы играли поэтов, муз, героев, а из жизни городской. Из нашей теперешней жизни. Мы теперь должны быть реалистами. Ситуация поменялась. Голуби стали сизыми».

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Журналисты и критики обсудят судьбу театральных СМИ

    Утром в среду, 27 мая, на сайте СТД состоится онлайн-конференция «Театральные СМИ в новой реальности», основными спикерами которой станут главные редактора изданий, посвященных театру. Будут обсуждаться проблемы, с которыми редакции театральных СМИ столкнулись в период самоизоляции. ...
  • Александр Молочников: «Очень скучаю по этому спектаклю»

    В воскресенье, 17 мая, на своем YouTube-канале режиссер Александр Молочников выложит запись спектакля «Светлый путь», поставленного в МХТ им. Чехова в 2017 году.    – Мы выкладываем «Светлый путь», потому что я и, надеюсь, артисты, очень его любим, – рассказал «Театралу» Александр Молочников. ...
  • Центр Вознесенского проводит паблик-ток с Борисом Павловичем

    В понедельник, 20 апреля, в 19.30 в Центре Вознесенского пройдет онлайн-дискуссия «Трудный текст в театре» с Борисом Павловичем.   Дискуссию c режиссером и педагогом Борисом Павловичем и театроведом Аленой Солнцевой о странных и трудных текстах в актуальной сценической практике проведет куратор театральных программ Центра Вознесенского Юлия Гирба. ...
  • Майку Науменко посвятят zoom-квартирник

    В понедельник, 20 апреля, в 17.00 Большой театр кукол проведет свой первый zoom-квартирник, который будет посвящен творчеству культового поэта и музыканта Майка Науменко. 18 апреля ему исполнилось бы 65 лет. «Майк Науменко работал в Большом театре кукол звукорежиссёром, - говорит  главный режиссер театра Руслан Кудашов. ...
Читайте также