«Дядя Ваня»

Театр им. Вахтнгова. Режиссер Римас Туминас

 

Опять «Дядя Ваня», милый, вечный дядя Ваня. «Небо в алмазах» уже невыносимо – смотреть на эти алмазы невооруженным глазом невозможно. Римас Туминас вручил Войницкому и Соне закопченное стеклышко: сквозь него мы и смотрели в чеховские небеса. Смотрели широко раскрытыми глазами и поражались увиденному: здесь все не так.
Известно, что пьесы Чехова – все пять штук – нельзя оторвать друг от друга, они повязаны общей пуповиной судеб, характеров, отношений. Повязаны чеховской иронией и насмешкой, стерильностью хирургических инструментов, с помощью которых Чехов с привычным врачебным цинизмом пытается препарировать человеческую душу, чтобы ощутить конечность быта и бесконечность бытия. Секрет бессмертия его драматургии – в вечном противоборстве духа и материи. Выкарабкается ли человечество? Одолеет ли эту отвесную скалу? Или сорвется в пропасть? В Чехове нет высокомерия: он карабкается вместе со всеми. Потому – вечен. Потому – его каждый раз можно читать заново.

Римас Туминас не сделал ничего особенного – он повесил на гвоздь луну (помните, у Тригорина – «и у меня есть своя луна») и вывел на ее свет то, что пряталось в кустистых зарослях традиций и канонов, то, что тухло в болотной тине общепринятой «чеховщины». Оказалось, что перед нами живые люди. Просто мы застали их в тот момент, когда они подают отчаянные сигналы о спасении. Мы стоим на берегу и смотрим, как они тонут. Мы не в силах им помочь. Слышим их крик. Их мольбу. Их истерический смех. Наблюдаем их прощание друг с другом, становимся свидетелями их раскаяния. И даже их звериное желание жить не совершает чуда: они гибнут под этой беспощадной луной, оставляя в черноте неба дикую усмешку – как жуткий «смайлик» в конце послания.

Такому надрывному, словно перетянутому электрическими проводами спектаклю нужны были именно вахтанговские актеры: обладающие виртуозной техникой игры, тонкостью восприятия мира и умеющие «читать» самые сложные режиссерские партитуры. Весь актерский ансамбль «Дяди Вани» работает как швейцарские часы – все эти волшебные винтики, колесики, стрелочки, весь непрерывно движущийся и крутящийся механизм поражает своей слаженностью. У каждого – своя траектория движения и судьбы, у каждого свой пронзительный момент истины.

Принцип «четвертой стены» доведен режиссером до абсолюта, каждый персонаж проживает перед нами две параллельные жизни: на людях и без них, – и разница этих жизней очевидна. Надменный профессор Серебряков (Владимир Симонов), образец морали и добропорядочности, по ночам превращается в безумного маньяка, в хохочущее сатанинским смехом привидение. Послушный, мирный, униженный дядя Ваня (Сергей Маковецкий), ослепленный внезапной любовью, стремится завоевать ее сейчас же и немедленно – и, выпив для храбрости, нелепо и трогательно пытается совершить любовный акт тут же, у случайного дивана. Дядя Ваня одержим своей «луной» – Совершить Поступок, выскочить из образа «светлой личности», выстрелить, влюбиться, напиться, отравиться… Циничный покоритель женских сердец Астров (Владимир Вдовиченков), оказывается, не выносит одиночества, он приговорен к нему как к исключительной мере. Елена Андреевна для него – как попытка помилования, которую он не заслужил. Елена Андреевна (Анна Дубровская) «маленький пушистый хорек» с цепкими интонациями и цепким взглядом – несчастливая, недолюбленная женщина с пылающим внутри огнем страсти и чистоты. Некрасивый «лягушонок» Соня (Марина Бердинских) обладает железной несгибаемой волей, она сознательно отводит от себя страдания и муки, ее кажущаяся сентиментальность – способ защиты. Ее суть – сухие глаза и металл в голосе. И только беспечная нелепая нянька Марина (Галина Коновалова) живет свою жизнь на открытой ладони – она не прячет своих чувств, она говорит, что думает, не стесняясь ни мрачных мыслей, ни веселого цинизма.

Смотреть «Дядю Ваню» Туминаса страшно и весело. В докторе Чехове явственно слышны интонации доктора Булгакова, который через несколько десятилетий разобьется об это же небо и об эту же луну. «Дядя Ваня» – это спектакль о конечности. О том, что ничего нельзя исправить. О том, что разрушения – внутри нас. О том, что от своей луны, как Фриде от платка, никуда не деться.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Журналисты и критики обсудят судьбу театральных СМИ

    Утром в среду, 27 мая, на сайте СТД состоится онлайн-конференция «Театральные СМИ в новой реальности», основными спикерами которой станут главные редактора изданий, посвященных театру. Будут обсуждаться проблемы, с которыми редакции театральных СМИ столкнулись в период самоизоляции. ...
  • Александр Молочников: «Очень скучаю по этому спектаклю»

    В воскресенье, 17 мая, на своем YouTube-канале режиссер Александр Молочников выложит запись спектакля «Светлый путь», поставленного в МХТ им. Чехова в 2017 году.    – Мы выкладываем «Светлый путь», потому что я и, надеюсь, артисты, очень его любим, – рассказал «Театралу» Александр Молочников. ...
  • Центр Вознесенского проводит паблик-ток с Борисом Павловичем

    В понедельник, 20 апреля, в 19.30 в Центре Вознесенского пройдет онлайн-дискуссия «Трудный текст в театре» с Борисом Павловичем.   Дискуссию c режиссером и педагогом Борисом Павловичем и театроведом Аленой Солнцевой о странных и трудных текстах в актуальной сценической практике проведет куратор театральных программ Центра Вознесенского Юлия Гирба. ...
  • Майку Науменко посвятят zoom-квартирник

    В понедельник, 20 апреля, в 17.00 Большой театр кукол проведет свой первый zoom-квартирник, который будет посвящен творчеству культового поэта и музыканта Майка Науменко. 18 апреля ему исполнилось бы 65 лет. «Майк Науменко работал в Большом театре кукол звукорежиссёром, - говорит  главный режиссер театра Руслан Кудашов. ...
Читайте также