Как создавалась легенда

В январе весь музыкальный мир отмечает 100-летие со дня рождения великой балерины Галины Улановой

 

Она училась у Агриппины Вагановой, известной «царицы вариаций», ставшей потом не менее известной «царицей» ленинградского балета. Уланова не выделялась среди соучениц ни внешними, ни техническими данными, не отличалась и артистизмом, но имела «приличное» рабоче-крестьянское происхождение и была покладиста. Неискушенных читателей поразил бы аттестат будущей «легенды советского балета», в котором не просто преобладающая, а доминирующая отметка – тройка.
На сцене Кировского театра она дебютировала в 1928 году в «Шопениане», еще ученицей. Потом было несколько классических дуэтов и главных партий, не задержавшихся в ее репертуаре, Жизель и Одетта в специально для нее созданных редакциях Вагановой. И, наконец, в 1934 году – Мария в первом советском драмбалете «Бахчисарайский фонтан», а в 1940-м – Джульетта. Собственно, на этом перечисление ролей Улановой можно закончить, эти пять партий и составляли ее творческий багаж.

Когда читаешь воспоминания современников, поражает то, что они говорят не о танце, не о виртуозности или одухотворенности балерины, нет, говорят об ожоге, ознобе, ошеломлении, восторге, слезах – говорят о себе. Наверное, что-то такое было в ее искусстве, что восприятие его становилось фактом биографии зрителя.

Ее Мария, Жизель, Джульетта оказались духовно близки зрителю того времени. Незамысловатые истории простых девушек, попавших в сложные обстоятельства, трогали сердца зрителей сильнее, чем виртуозные танцы, и достаточно было лишь намека, детали, полутонов, чтобы образ впечатывался в память навечно. Именно такими деталями и останутся в памяти грядущих поколений работы Улановой – Мария, живописно сползающая по колонне, невысокий арабеск Джульетты, устремленный к алтарю, и ее же бег к патеру Лоренцо вдоль рампы от правого края к левому.

В 1939 году Улановой было присвоено звание «Заслуженный артист РСФСР», а уже через год она стала народной. Впрочем, как говорят, именно к началу сороковых годов история ее танцев закончилась. По словам историка балета Веры Красовской: «Век танцовщицы, короткий век, оказался для Улановой короче, чем для иных сверстниц». Начиналось время «легенды».

Войну Галина Сергеевна прожила в Казахстане, из эвакуации вернулась не в Ленинград, а в Москву, в Большой театр, как говорят, по личному приказу Сталина. В тридцать четыре года она перешагнула ленинградский период своей жизни, чтобы начать новый этап. Кстати, Уланова всю жизнь решительно отрезала прошлое, если оно начинало путаться под ногами. Придя в Большой театр в 1944 году, Уланова официально стала главной балериной страны, сразу оттеснив всех конкуренток. Она вновь танцевала «свои» спектакли – «Бахчисарайский фонтан», «Жизель», «Шопениану», «Ромео и Джульетту», «Лебединое озеро». Новых партий было всего четыре: Золушка, Тао Хоа в «Красном маке», Параша в «Медном всаднике» и Катерина в «Сказе о каменном цветке». Последняя премьера случилась в 1954 году , а 29 декабря 1960 года она простилась со зрителем в «Шопениане», почти в пятьдесят один год. В эти шесть лет вместилось многое – первые гастроли советского балета за границей с Джульеттой, покорившей англичан, открывших для себя «прелести» советского драмбалета и пресловутую «загадочную русскую душу», премия Анны Павловой, череда фильмов-концертов и фильмов-балетов, запечатлевших Уланову для вечности, и примерка новой роли – роли «великого педагога». Да и, конечно, становление легенды, того, что потом назовут «загадкой Улановой».

Нужно сказать, что впервые за рубежом Галина Сергеевна танцевала в Вене летом 1945 года. Исполнила на сборном концерте свои «коронные» номера: седьмой вальс из «Шопенианы» и «Лебедя», ставшего в ее исполнении «Умирающим». Триумфа не было. Только в 1956 году в соответствующем репертуаре и при соответствующей рекламно-разъяснительной работе советских СМИ икона советского балета получила должный оклад. И гастроли на сцене королевского театра «Ковент-Гарден» в 1956 году прошли триумфально. Уже после третьего спектакля, а это был «Ромео и Джульетта», восхищенные зрители провезли Уланову в автомобиле с выключенным мотором от театра до гостиницы.

Однажды Людмила Семеняка сказала про Уланову: «Она – величайший режиссер своей жизни». По-моему, лучше никто и не сформулировал. Уланова тщательно режиссировала свою жизнь, не только сценическую, но и общественную, личную. Грамотно распорядившись отпущенными ей Богом возможностями и поставив их на службу государству и собственной легенде, она требовала и получала за это заслуженные награды. Когда советская пропаганда выбрала Уланову на роль «иконы» тоталитарного искусства, это никогда не стало бы возможным без ее жесткой воли, необычайной работоспособности и политической лояльности к власти.

Такого количества наград, как у Улановой, не имел ни один лидер коммунистической эпохи, не говоря уже о творческой интеллигенции. В 1965 году именем Улановой назван выведенный в Нидерландах сорт тюльпанов и выпущена памятная медаль с ее портретом. В 1984 году в Ленинграде на Аллее Героев Московского парка Победы установлен бюст Улановой работы Михаила Аникушина и в том же году перед стокгольмским Музеем танца – скульптура Улановой работы Елены Янсон-Манизер. Она присутствовала на открытии обоих памятников и скромно принимала поздравления. Легенду увековечили в бронзе, «воплощенная скромность» стала единственной в истории балериной, которой при жизни были установлены памятники.

Вскоре после английских гастролей, во время второго акта «Жизели», сорокашестилетняя Уланова с легким вскриком упала на сцену. Серьезный разрыв связки не помешал ей уже через несколько месяцев вернуться в театр. Она упорно продолжала танцевать, но, понимая, что ее время проходит, задумалась о педагогике. Эта деятельность Галины Сергеевны отличалась своеобразием. Главный официальный педагог Большого театра СССР отбирала лучших балерин – Екатерину Максимову, Нину Тимофееву, Ирину Прокофьеву, Людмилу Семеняку, Аллу Михальченко, Нину Семизорову, Надежду Грачеву, которые, позанимавшись с ней какое-то время, почему-то неизбежно переходили к другим педагогам, в основном к Марине Семеновой.

В последние годы жизни Уланова переживала, что, проходя по коридорам Большого театра, не слышала обычных приветствий – новое поколение танцовщиков не узнавало ее… Ушло ее время, она осталась одна, впрочем, по своей воле. Лишь один человек был допущен к «живой легенде» – некая журналистка, поселившаяся в квартире Галины Сергеевны и ставшая ее «приемной дочерью». Ее присутствие рядом с Улановой вызывало недоумение, пересуды и грязные сплетни. Но более близкого человека у нее не было, и когда журналистка умерла, Галина Сергеевна сама одевала покойницу, сама украшала гроб. Она сильно переживала и заметно сдала, больше года провела в больнице, затем вернулась в пустую квартиру. А через три года скончалась в Центральной клинической больнице от двух инсультов, последовавших с перерывом в 12 дней.

Какую цену заплатила Уланова, «продавая душу», на что пошла ради создания собственной легенды – известно одному Богу. Но к этой легенде она шла сознательно и целеустремленно, не оглядываясь и решительно устраняя все лишнее.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Евгений Писарев: «Я приезжаю к маме — там культ меня!»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но пока не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Ольга Прокофьева: «Ее силе мог позавидовать любой мужчина»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Римас Туминас: «Однажды мама меня спасла»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но, по известным причинам, так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный по душевности сборник состоит из пятидесяти монологов именитых актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Вера Васильева: «В театр сбежала от повседневности»

    Журнал «Театрал» выпустил в свет необычный сборник — 50 монологов именитых актеров, режиссеров и драматургов о любви к маме. Представить публике эту удивительную по теплоте и душевности книгу помешал всеобщий карантин, поэтому мы решили опубликовать отдельные её главы, чтобы в условиях унылой изоляции у наших читателей улучшилось настроение, и они позвонили своим близким — сказать несколько добрых слов. ...
Читайте также