Галина Волчек: «Конкуренции не боялась и не боюсь»

 

19 декабря у Художественного руководителя театра «Современник» Галины Борисовны Волчек день рождения. «Театрал» публикует фрагменты из бесед с ней и из книги, изданной к 50-летию «Современника».
 
О кино
– Мне посчастливилось жить дверь в дверь, ступенька в ступеньку с легендами советского кино. Это, прежде всего, Михаил Ильич Ромм. А также Райзман, Птушко, Пырьев, Эйзенштейн. Это было в Алма-Ате, в эвакуации. Про Эйзенштейна говорили, что он самый-самый, а для меня был только один самый – это Ромм. И я из ревности не садилась к Эйзенштейну на колени.

Наши дома стояли рядом с эвакуированной киностудией «Мосфильм», их называли «лауреатниками», потому что там жили и Целиковская, и Жаров, и Чирков, и все, кого я уже называла. Помню, как орут девчонки-одногодки: «Галя! Пошли! Там теть Люся Целиковская в гробу лежит!». Это Эйзенштейн снимал картину «Иван Грозный». Я ору в ответ: «Ни за что! Я буду с дядей Колей Крючковым кататься на танке вокруг студии!». В Алма-Ате показывали трофейные фильмы. Поскольку детей оставить было не с кем, брали с собой. Нет-нет, да и посмотришь на экран. Как все это могло меня не задеть? Сейчас удивляются, что меня так трудно заставить пойти в кино. А это потому что я отравилась кино еще в детстве.

 
О театре
– При всем моем преклонении перед Роммом, который утверждал, что театр убьют кино и телевидение, чем дальше идет жизнь, тем глубже я понимаю, что такой театр, который заставляет зрителей катапультироваться из удобного кресла, не умрет. Он всегда будет востребован, как будет востребован человек, которому можно исповедаться, которому можно уткнуться в плечо и поплакать, с которым можно посмеяться.
 
О спектакле «Крутой маршрут»
– В свое время я познакомилась с Евгенией Семеновной Гинзбург, мамой Васи Аксенова, нашего друга, соратника, человека, который никогда не был в нашем театре чужим. Разговор с ней, книжка, которую я впервые прочла под одеялом в Америке, когда один добрый человек дал мне ее на две ночи, – все это сыграло свою роль. Я поняла, что как только будет возможно, я обязательно поставлю этот спектакль.

Когда я говорю про «Крутой маршрут», у меня всегда комок в горле. Я не могу никуда деть из своей памяти Паулину Степановну (Мясникову), нашу дорогую Павочку, которая была консультантом этого спектакля. Консультанты были необходимы, потому что мы не знали реалий – тех подробностей, которые нельзя прочесть в книжке. Она участвовала в спектакле, ездила вместе с нами на гастроли в Америку и в Париж. Царствие ей небесное. Она просидела 17 лет.


Другим нашим помощником была Зоя Марченко. Она тоже долго сидела. Однажды на телевидении ее спросили, что надо сделать, чтобы это никогда не повторилось. А она только посмотрела вдаль: «Это зависит от всего народа». Я до сих пор об этом вспоминаю.
 
О спектакле «Пока существует пространство»
– Когда я первый раз посмотрела эту работу, плакала. На это были разные эмоциональные причины – я видела, что преодолевает Гафт, видела крупный план его глаз. Я столько лет ему внушала: «Валя, не прячь глаза! Валя, смотри в зал – вот твой партнер». И вдруг эти глаза, которые нельзя забыть. Его исповедальное существование. Не знаю, как это назвать – спектакль или драматический дуэт –  но люди, которые попадут на него, не смогут уйти равнодушными.
 
Об уходе Ефремова из «Современника»
- Не хочу и не считаю возможным обсуждать, правильно ли сделал Ефремов. Это был его выбор, его решение. Другое дело, что мы с этим решением не согласились. Причем категорически. Умоляли его остановиться, одуматься, не бросать «Современник» на произвол судьбы. Его же идея слить «Современник» с МХАТом, мне кажется, носила полуутопический характер. Уверена, что проголосуй мы все «за», вопрос о переходе всей труппы и переносе репертуара вряд ли бы решился. Кто бы позволил существовать на афише главного театра страны «Голому королю», «Большевикам» или нашему «На дне»? Но уйди за ним костяк труппы, «Современник» точно прекратил бы свое существование. А этому в нашем сознании сопротивлялось все – и четырнадцать вместе прожитых лет, тяжелых и счастливых, и абсолютное нежелание своими руками уничтожать с таким трудом построенное, и уверенность в том, что «Современник» отнюдь не исчерпал свою миссию, он нужен зрителю, он должен жить.

О руководстве театром
- Я меньше всего на свете мечтала стать главным режиссером. Говорю как на духу. Но выхода тогда не было. Уговаривали меня долго и в результате уговорили. Наверное, сработало то, за что Ефремов называл меня «самой партийной из всех». Я никогда не была в КПСС, и никто и ни за что на свете не заставил бы меня туда вступить. Под «партийностью» он понимал патологически развитое во мне чувство долга. В этой ситуации отказаться было нельзя. Хотя я наперед знала, что меня ждет. И дело совсем даже не в ударах извне, хотя они были более чем болезненны. Как руководить своими товарищами, теми, с кем ты вчера была на равных?
 

День, когда я через силу, через «не хочу», сказала да, помню очень хорошо. Помню то собрание с выкриками: «Не волнуйся, мы будем помогать тебе во всем помогать, поддерживать тебя». Жалею ли об этом согласии? Бывали за эти десятилетия дни, когда я проклинала себя за это.

 
Тогда, в 1972 году, времени останавливаться, размышлять у меня не было. И своей главной задачей я считала создание репертуара. Мы пошли по пути, кстати, отрицаемому Ефремовым в «Современнике». Он после нескольких опытов считал, что «чужих» нам не надо, режиссуру будем взращивать в своем коллективе. Мы же, не отрицая, а только поддерживая режиссерские интересы внутри – так появились интереснейшие спектакли Игоря Кваши и Лили Толмачевой, – стали приглашать в «Современник» как молодых – Валерия Фокина, Иосифа Райхельгауза, позднее Михаила Али-Хусейна, так и режиссеров со стороны, тех, с кем, нам казалось, будет интересно работать, – первыми стали Анджей Вайда и Георгий Товстоногов. Театральная общественность потирала руки: «Вот сразу видно, баба-дура, конкуренции не боится».
 
А я ее и правда не боялась и не боюсь. Потому что самым важным для меня было и остается не сравнение моего спектакля с постановкой, к примеру, Вайды, а что и в каком режиссерском прочтении будет идти вечером на сцене театра. Как та или иная работа соответствует имени, которое носит театр с рождения – «Современник». И главное, примут ли, поймут ли это зрители – те, ради кого мы, собственно, и существуем.

«Театрал» поздравляет Галину Борисовну с днем рождения, желает здоровья и триумфального возвращения «Современника» в родные стены на Чистопрудном бульваре!


Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Наталья Рогожкина: «Всё, что с нами происходит – всё про любовь»

    В МХТ им. Чехова недавно состоялась премьера спектакля по пьесе Тургенева «Месяц в деревне» (режиссер Егор Перегудов). В интервью «Театралу» Наталья Рогожкина рассказала о том, чем привлекает ее этот проект и какой она видит свою героиню – Наталью Петровну. ...
  • «Человек независимый и смелый»

    15 января исполняется 75 лет известному актеру театра и кино Валерию Баринову. С юбилеем его поздравил председатель Союза театральных деятелей РФ Александр КАЛЯГИН. - Я счастлив поздравить Вас с юбилеем! Могу себе представить, с каким размахом отметили бы Ваш юбилей в театре, который за последние годы стал для Вас по-настоящему родным. ...
  • Николай Коляда: «Пока справимся своими силами»

    На волне пандемии и пресловутых ограничений страдают в первую очередь частные, авторские, независимые театры, чей основной доход формировался прежде всего на основе продажи билетов. Одним из первых пострадавших коллективов оказался «Коляда-театр», расположенный в Екатеринбурге. ...
  • Марк Розовский: «Поэтом себя не считаю»

    В поэтическом спецпроекте «Театрала» мы представляем стихи создателя и художественного руководителя Театра «У Никитских ворот» Марка РОЗОВСКОГО. –  Я очень признателен «Театралу» за то, что вы обратили внимание на мои стишата. ...
Читайте также