«Мир не готов принять свободного человека»

В Театре Вахтангова состоялась премьера «Брюсов переулок»

 

Драматург и режиссер Андрей Максимов представил на Новой сцене Театра Вахтангова спектакль «Брюсов переулок» по собственной пьесе, в основу которой легли стихи и проза поэта-символиста Валерия Брюсова (повесть «Последние страницы из дневника женщины» и др.). Это вторая работа Максимова в стенах Вахтанговского театра (в прошлом сезоне на Симоновской сцене вышла «Любовь у трона»), и вновь режиссер пригласил на главную роль Ольгу Тумайкину.

– Люблю творчество Валерия Брюсова – причем прозу больше, чем стихи, – рассказал Максимов после генеральной репетиции. – В ней есть необъяснимая тайна и необъяснимая притягательность. Он такой философ-фантазер, что в мировой литературе встречается нечасто.

Пьеса уже игралась в Театре на Покровке, однако для постановки в Вахтангова текст дорабатывался при содействии худрука Римаса Туминаса и в итоге был представлен в новой редакции.

Сюжет начинается с трагедии: героиня теряет мужа. Виктора убивают в стенах собственного дома, и Наталья, оказывается меж двух мужчин. Художник Модест и молодой революционер Владимир – имея близкие отношения с каждым, она, тем не менее, не связана ни с кем из них духовно, поэтому ни один не может сделать ее счастливой, погасить в ней одиночество, дать утешение, пристанище, успокоение, понимание себя. Она все время рвется на свободу, не желая связывать себя прочными узами, но свобода эта оказывается иллюзорной. 

– В спектакле есть замечательный эпиграф – слова Сартра, выразившего мысль Достоевского: «Если Бога нет, то все дозволено». В этой истории я пытался понять, что происходит с хорошими людьми, когда они забывают Бога, – продолжает Андрей Максимов. – Собственно говоря, это единственная их проблема. Потому что, когда человек имеет в виду Бога, жизнь становится понятна и пряма – он и не думает про свободу, про отстаивание своей территории.

Я считаю, любовь предполагает отсутствие свободы: либо ты влюблен, либо свободен. Но такая «несвобода» прекрасна. Если человек «несвободен» от Бога и от своего любимого – в этом, на мой взгляд, и заключается подлинная свобода. Еще мне кажется, когда любишь, задача в том, чтобы сделать человека счастливым, а не в том, чтобы остаться свободным.

В спектакле один состав. Роли исполняют Игорь Карташев, Юрий Поляк, Екатерина Крамзина, Виталийс Семёновс. Для Ольги Тумайкиной роль Натальи оказалась знаковой.

– Люди очень часто испытывают страх, – размышляет актриса о своей героине. – Если в одиночестве комфортно, становится страшно допустить в это хрупкое поле другого человека, который неминуемо начнет выставлять рамки и насаждать «свою» свободу. Первое, что приходит в голову: нет-нет, только не это. И мужчины, и женщины на самом деле ленятся принимать решения: не заявлять о них, а именно принимать.


Как говорит герой Виталийса Семёновса, главное людское предназначение – мучить друг друга. В свое время Брюсов почувствовал это как болезнь, витающую в воздухе, но в наши дни, люди, на мой взгляд, только и занимаются взаимным истязанием. Мы утратили способность просить прощения, делать шаг навстречу, мы растеряли юношеские идеалы и принципы. Признание в любви стало большим дефицитом. Если человеку дана любовь, ее нужно хранить, как дар. Но нет, людям нравится разрушать, а не созидать. Лично я вижу это очень часто. Даже не знаю, что должно произойти, чтобы люди начали вести себя по-человечески. 

Герой Семёновса – следователь, которому предстоит отыскать убийцу. Его монологи («Кому в России вы собрались жаловаться на правосудие?») вскрывают в пьесе еще один слой. В самом мотиве убийства легко считывается аллюзия на Раскольникова: «Тварь ли я дрожащая или право имею?». Так что свобода здесь звучит и в контексте права на поступок.

– Мне кажется, требовать свободы – нелепо, – говорит Виталийс Семёновс. – Хочешь быть свободным – будь им. Это личный выбор каждого. Кто мешает? Другой разговор, что свобода предполагает ответственность. Стать свободным – большой вызов самому себе, ведь за свободу нужно платить высокую цену. Мир не готов принять свободного человека, мир хочет удобного и понятного человека: ты хороший мальчик – садись, пять; а ты плохой – садись, два. Однако все мы в глубине души хотим быть хорошими. Поэтому не каждый способен на революцию в своей голове.

С моей точки зрения, в этом спектакле нет правых и виноватых. Человек приходит в мир с устоявшимися правилами и, если смеет подвергнуть их сомнению, – даже не нарушить, а просто спросить: почему так? – то попадает под каток.

Сценографическое решение (главный художник Театра Вахтангова Максим Обрезков) – предельно лаконично.

– Хотелось сделать изысканно и ненавязчиво, чтобы декорации не давили на артистов. Важно, чтобы были видны, прежде всего, сами артисты, их глаза, – поясняет художник.  

Внимание приковывают ряды черных шинелей, вывешенных над авансценой (в финале они стремительно обрушатся вниз, превратятся в черную массу – словно череда мужчин, загубленных не то войной, не то любовью, в которой не было Бога).

– Можно говорить про любовь и свободу, но мне хотелось бы сказать про войну, – отметил композитор Фаустас Латенас, написавший музыку для спектакля. – Когда-то мама рассказывала мне, что накануне Второй мировой вся Литва веселилась и танцевала. И в Вильнюсе, и в деревнях постоянно проходили праздники, стоял шум и гам. И никому не приходило в голову, что такой сумбур в чувствах, когда не понимаешь, кто с кем и для чего, объясняется нависающей над людьми великой опасностью. Когда жизнь безопасна, люди концентрируются на обычных делах – ходят на работу, воспитывают детей, не суетятся. Но все меняется в предощущении войны. В такое время человек предпочитает отворачиваться и не замечать, торопится жить очертя голову, шутить над трагедией, насмехаться над смертью. Мне кажется, герои пьесы, интуитивно ощущая приближение катастрофы, перестают жить нормально – они только думают, что живут, но на самом деле мечутся в какой-то агонии.

И все-таки  центральной темой остается одиночество, непонятость, неуслышанность или, словами Максимова, «любовь, ее отсутствие и ее имитация». Наверное, в «Последней странице…» это главная тема.


Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.  

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Февральский «Театрал» уже в продаже!

    На страницах свежего номера (см. подписка и где купить) вы прочтете: - как Александр Калягин предостерег чиновников от роковой ошибки; - какие сюрпризы для зрителей готовит Валерия Ланская; - почему Россия живет по методу тайного общества: мнение писателя Виктора Ерофеева; - что нужно делать театрам, чтобы вернуть зрителей, распуганных борьбой с ковидом: авторская колонка главреда «Театрала» Валерия Якова; - кто может номинировать лучшие спектакли, театры, актеров, режиссеров и директоров на престижную премию «Звезда Театрала»; - как в «Ленкоме Марка Захарова» создают чудеса сценографии; - о чем Сергей Безруков говорит в своем новом спектакле; - почему дождь стал главным символом «Утиной охоты» Театра им. ...
  • Мандельштам: пять спектаклей в январе

    14 января исполняется 130 лет со дня рождения Осипа Мандельштама. «Театрал» подготовил подборку январских театральных событий, связанных с творчеством и биографией выдающегося поэта. «Осип Мандельштам. Шум времени» 17 января в 17. ...
  • Театральный поход

    Новогодние каникулы – отличная возможность сходить в театр всей семьей. Вдогонку к детской афише «Театрал» подобрал десять наиболее любопытных премьерных спектаклей, показы которых выпали как раз на праздничные дни. ...
  • Сырой Тургенев

    Главный режиссер РАМТа Егор Перегудов, приглашенный своим учителем Сергеем Женовачом поработать по соседству в Камергерском переулке, выбрал для постановки знаковую для Художественного театра пьесу Тургенева. Когда-то в ней блистал сам Станиславский, демонстрируя первые плоды своего знаменитого метода, а также модный художник Добужинский, представивший на сцене увядающую красоту русской усадьбы. ...
Читайте также