Драма на высшем уровне

В Москве показали «Иранскую конференцию» Ивана Вырыпаева, поставленную им в Варшаве

 

Вообще в этой географии можно запутаться. Спектакль называется «Иранская конференция», но действие происходит в Копенгагене. Исполняют его польские актеры, но говорят по-английски. По словам режиссёра, это способ отстранения, помогающим актерам не играть в привычном смысле слова. А сам Иван Вырыпаев читает текст на русском в синхронном переводе. Получается такое мультикультурное действо вполне в духе европейского глобализма, чей дискурс критически иллюстрирует спектакль.
 
Зрители оказываются якобы на научной конференции, посвященной иранской проблеме, противостоянию Востока и Запада. Писатели, ученые, журналисты, богословы и правозащитники по очереди высказывают собственный взгляд на этот конфликт цивилизаций, порой довольно далеко отклоняясь от заявленной темы. На первый взгляд, кажется, что это должно быть ужасно скучно – полтора часа социальных и политических дискуссий. Но Иван Вырыпаев на то и профи, чтобы подцепить зрителя на крючок и без всякого увлекательного сюжета.
 
На протяжении своей драматургической карьеры он пробовал разные формы и приёмы, но всегда оставался мастером монолога, начиная со  знаменитого «Кислорода» и заканчивая «Иллюзиями», представляющими собой последовательные каминг-ауты четырех бывших любовников. Даже маскируясь под хмельной трёп в «Пьяных» или яростную супружескую ссору в «Солнечной линии», его пьесы всегда так или иначе стремились к проповеди, к прямому выражению авторской мысли. В «Иранской конференции» Вырыпаев решил вовсе отказаться от фабулы, и оказалось, что интеллектуальная драма может быть интересна и увлекательна и без этого фигового листка – не как столкновение характеров, а как битва чистых идей и мировоззрений.
 
Вырыпаев, конечно, блестяще владеет композицией и риторикой – выступлениям на этой конференции могли бы позавидовать любые политики. Хотя никто из них, конечно, не решился бы на такую степень откровенности, как персонажи пьесы. Высказываясь по острой общественной проблеме, каждый из них идёт от себя, от своего собственного опыта и каких-то глубоко личных инсайдов и приходит к осмыслению вечных вопросов – кто мы, ради чего живём, есть ли в нашем существовании хоть какой-то смысл кроме биологического продолжения рода.
 
В дискуссии, которая постепенно становится все более жаркой, намечаются две основные позиции: уверенных западников, последователей рационального гуманизма, которые заботятся о нарушении прав человека в тоталитарных исламских государствах, и тех, кто разочаровался в европейской цивилизации, но верит, что они, эти угнетаемые жители стран третьего мира, обладают каким-то сакральным знанием, недоступным нам. Последней выступающей становится поэтесса из Ирана с месседжем, что главное – это любовь, причем,
 не любовь к мужчине, а любовь как высшая ценность, божественная Любовь с большой буквы.
 
Собственно, ни к какому соглашению участники не приходят, да его и не может быть по определению, как не может быть решения конфликта между Востоком и Западом, которое, конечно, не сводится к простой формуле «Аллах или Coca-Cola», как пошутил один из ораторов. Но главный диалог тут происходит не между героями, а между сценой и залом, поскольку каждый зритель вынужден примерить на себя все эти точки зрения и выбрать свою сторону. Надо сказать, сделать это непросто, поскольку все актеры чрезвычайно убедительны, и кажется, что они не играют роли, а говорят от себя. Но всё же рассуждения о тайне в глазах жителей бедной перуанской деревни и бездуховности европейцев, озабоченных исключительно собственным комфортом, хороши до тех пор, пока на другой чаше весов не оказываются казни, пытки и физические расправы над инакомыслящими в «духовных» мусульманских странах. Язык фактов, лично для меня, оказывается сильнее любой риторики.        
 
Но все же опыт такой философской драмы для нашего театра очень полезен. У нас не принято прямо говорить со сцены о серьезных, сущностных вещах, зато об особом пути русского народа любят разглагольствовать политики всех мастей. И ироничный взгляд драматурга, критически подходящего к любой точке зрения и не оставляющего права последней истины ни за одной из них, может служить для публики хорошей профилактикой от идеологического засорения мозгов.
 
Кстати, в следующем году «Иранскую конференцию» выпускает Театр Наций в постановке Виктора Рыжакова.

Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы. 

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Театр балета Бориса Эйфмана анонсировал гастроли в США

    В июне нынешнего года в «Линкольн-центре» Нью-Йорка должны были состояться гастроли Театра балета Бориса Эйфмана. В связи с эпидемией коронавируса представления были отменены, однако уже сейчас организаторы турне и дирекция театра объявила о новых сроках. ...
  • В России пройдут первые интернет-гастроли

    На волне повсеместной онлайн-трансляции спектаклей в России зарождается еще один вид творческой деятельности: интернет-гастроли. Так, в частности, с 25 мая по 4 июня на интернет-платформах Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии состоятся виртуальные гастроли Иркутского областного музыкального театра им. ...
  • Большой театр отменил американские гастроли

    Пандемия нарушила международные планы главного музыкального театра страны. Предполагалось, что со 2 по 7 июня гастроли ГАБТа состоятся в вашингтонском Кеннеди-центре, а с 10 по 14-е – в театре Аудитория в Чикаго. Дирекция Большого театра до последнего момента надеялась, что гастроли состоятся (в Вашингтоне должны были показать балет «Ромео и Джульетта», а в Чикаго – «Лебединое озеро»). ...
  • «Экскурсия» в Музей Родена

    В понедельник, 18 мая, во всем мире отмечается Международный день музеев. «Театрал» решил в этот день подарить своим читателям «путешествие» в парижский Музей Родена, символом которого, на самом деле, должен быть не хрестоматийный «Мыслитель», а «Вечная весна» и нежность непостижимо переданная скульптором в мраморе. ...
Читайте также