Посторонний

Айдар Заббаров поставил «Белые ночи» Достоевского на сцене МХТ

 

Айдар Заббаров закончил ГИТИС в 2018 году, а к концу 2019 года его постановки идут на сценах Ленсовета, Театра им.Камала, «Современника», МХТ им. Чехова. Притом, что ставит не спектакли-инсталляции (которые точно можно выдавать «на гора» по пять-восемь в сезон, а спектакли-спектакли по Водолазкину, Гайязу Исхаки, Толстому. И вот теперь на Малой сцене МХТ появились «Белые ночи» по Достоевскому. 
 
 
Еще когда Айдар Заббаров учился в ГИТИСе в Москве зашелестели о новом ученике Сергея Женовача, а Юрий Бутусов предложил студенту постановить повесть «Казаки» Толстого в театре Ленсовета.
 
Повышенные ожидания трудно оправдывать, но пока Заббаров, – как тот колобок из сказки, – уходит и от добрых дедушек и от свирепых бабушек. Он задает текстам классиков вопросы, которые волнуют многих. И неожиданно открывается, что между героями классической литературы и его сегодняшними сверстниками поколения «снежинок» много общего. Что такое позиция «защищенного наблюдателя»? «Постороннего» всегда и везде: в далекой казачьей станице или на улицах Санкт-Петербурга?

Посторонним проходит в жизни казачьей станицы прибывший на армейскую службу Оленин в «Беглеце». Посторонним гуляет по Петербургу Мечтатель в «Белых ночах». Самое сильное из человеческих чувств – любовь – не помогает им преодолеть барьер между «я» и миром вокруг.
 
«Беглец» в Ленсовета был первой постановкой Айдара Заббарова на профессиональной сцене. И в спектакле очень ощутима ярость «первого высказывания». Любимые мысли были выделены курсивом. И обрушивались на зал водопадом. Здесь все делали истово. Если уж начался танец, – так чтоб стены дрожали. Если садились пить, – так самогон лился рекой и выплескивался из бутылей.  Зачином спектакля была песня: «Куда летишь ты да кукушечка?». Ее подхватывали эхом голоса, растягивая это «ку-ку».
На черном помосте с двух сторон которого сидят зрители, громоздились деревянные ящики – они же холмы, и столы, и стулья, и походные баулы...
Дмитрий Оленин (Александр Крымов) – интеллигент в грибоедовских очочках с наслаждением окунался в это чужое и самодостаточное пространство. Любуясь равно и статью девиц, и удалью казаков. Он влюблялся сразу и в черноволосую паву Марьяну (Лидия Шевченко), и в удалого Лукашку (Иван Батарев), и в приехавшего отомстить за брата чеченского джигита (Максим Ханжов)... И в этой влюбленности все острей ощущал свою отдельность, чудаковатость, инородность. Ни так пить, ни так стрелять, ни так охотиться, ни так танцевать, ни так оплакивать умерших, – он не способен. Чем больше он пытался стать тут своим, тем отчетливее пропасть... «Ничего-то ты не понимаешь, – вздохнет взъерошенный мудрец-леший Ерошка (Александр Сулимов).
 
Сбегать отсюда приходится почти воровски. Унося в памяти гроб Лукашки, причитание Матери (Анастасия Дюкова), потерявшей сына, да лицо Немой (Маргарита Иванова), застывшей над могилой брата. Оставляя чужой и ослепительный мир.
 
Спектакль приедет в Москву на фестиваль «Уроки режиссуры», и столичные любители театра смогут лично прочертить путь режиссера от дебюта к
к последней по времени постановке – к «Белым ночам». 
 
Мечтатель (Евгений Перевалов) даже внешне похож на Оленина, возмужавшего и ставшего еще более чудаковатым. Судорожные от внутренней нервности движения, порывистая речь человека, редко произносящего что-то вслух, но ведущего длинные внутренние монологи. Зажатость старого холостяка. И – редкая пленительная способность отнестись с юмором и к собственным нелепостям, и к собственной персоне.
 
Свисающий лязгающий мост да белый туман за железными цепями создадут воздух холодного летнего Питера, где продувает на любом углу (художник – Булат Ибрагимов), и каждый шаг отдается металлическим эхом.
 
В фильме Лукино Висконти герои бродили по каменным мостикам старого итальянского города. Белокурая красавица Мария Шелл разрывалась между Марчелло Мастрояни и Жаном Маре (а кто бы на ее месте не терзался бы поставленный перед таким выбором). И весь фильм был о разлитой в воздухе любви, о вере в счастье, которое подстерегает каждого.
 
В спектакле МХТ ни этой веры, ни самой возможности выбора у героини нет. Настенька (Надежда Жарычева) может только подразнить саму себя перспективой жизни между Мечтателем и Бабушкой (Нина Гуляева). Но каждую секунду прекрасно осознает, что с этим человеком она никогда не сможет быть вместе. Да и он не хочет быть с нею «по-настоящему», ему только хочется грезить о ней, стоя на мосту.
 
Мечтательные герои Заббарова могут только грезить о «полной жизни с любимой женщиной». Но реальность их пугает так сильно, что любая женщина уйдет. Если не с кем-то, то куда-то. В ночь, в туман, к молчаливому Постояльцу (Дмитрий Сумин).
 
Мечтатель «Белых ночей» в мхатовском спектакле обречен на свою Матрену (роскошная Мария Сокова), которая в его жизни занимает явно большее место, чем просто служанка. Именно она настойчиво и напрасно пытается «заземлить» замечтавшегося барина.
 
Вера, легкость, счастье, которое всегда с тобой, – это не про героев мхатовского спектакля. И говорит он вовсе не о любви, – об одиночестве.
Об одиночестве постороннего, который может только гулять по жизни, так и не найдя своего места.
 
Режиссер изящно и умно спародировал брюзжания по поводу ужасной новой действительноти, где все не так в благословенные «старый времена» (хотя бы во времена Висконти). Сцена с Бабушкой превращена режиссером в отдельный эстрадный номер. Бабушка-блистательная Нина Гуляева играет с настоящим куражом: она поет арию Розины, вздыхая о «старых временах», когда в театре игрались шедевры, а что играется сейчас?
 
Спектакль заканчивается лязгом опустившегося моста и одинокой фигурой, которая стоит спиной к залу и всматривается в какую-то только ей видимую даль.


Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы. 

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Ноябрьский «Театрал» уже в продаже!

    На страницах свежего номера (см. подписка и где купить) вы прочтете: - какие сюрпризы для зрителей готовит Максим Аверин; - кто стал лауреатом премии «Звезда Театрала» в номинации «Легенда сцены»; - чем Александра Ширвиндта беспокоит «удалёнка»: авторская колонка артиста в «Театрале»; - как пандемия стала поводом для поборов: колонка главреда «Театрала» Валерия Якова; - почему Сергей Женовач увидел в «Старухе» злободневность; - как Валентина Талызина искала «свой путь в искусстве»; - что для Александра Збруева дороже всего на свете; - зачем Роман Виктюк на каждом спектакле обращается к Богу; - о чем Дмитрий Крымов рассуждает в премьере «Школы современной пьесы»; - чем Марине Неёловой приглянулось новое произведение Евгения Гришковца; - как Театр им. ...
  • «Вся поэзия театра»

    Не случайно Дмитрий Крымов назначает премьеры в свой день рождения – 10 октября, уж точно не для того чтобы, как он шутит, «гостей не звать домой». Просто каждый спектакль – это история из его жизни, а в день рождения хочется вспомнить то, что дорого сердцу – из детства, из юности, из главного. ...
  • Смерть автора

    В «Студии театрального искусства» начали сезон с Хармса, освобождающего смеха и мёртвой старухи, от которой никак не избавиться, как от фантомов советского прошлого или вездесущего ковида. Сергей Женовач оставляет за зрителем право на обе версии, но делает акцент на трагической невозможности творить. ...
  • «Театрал» октября уже в продаже!

    На страницах свежего номера (см. где купить и подписка) вы прочтете много интересного, и узнаете о том: - почему российские деятели культуры обеспокоены ситуацией в Белоруссии; - как актер Анатолий Белый относится к внутренней свободе и гражданской позиции; - чем театральное сообщество отреагировало на приговор Михаилу Ефремову; - что думает главред «Театрала» Валерий Яков о праве художника на слово и дело; - за кого голосуют зрители: шорт-лист премии «Звезда Театрала»-2020; - чем объясняет увольнение сотрудников Театра им. ...
Читайте также