Синдром Питера Пэна

Новые прочтения старой сказки в Московском областном ТЮЗе и «Сатириконе»

 

В современной психологии есть такое понятие – «синдром Питера Пэна». Им страдают люди, не желающие взрослеть и брать на себя ответственность, инфантильные мальчики за тридцать, которые живут исключительно для себя, не думают о завтрашнем дне и боятся серьезных отношений. Выросло уже целое поколение кидалтов, поэтому персонаж Джеймса Барри сегодня переосмысляется театром по-новому, а в детской сказке обнаруживаются вполне взрослые проблемы и темы.

Жить и погибнуть достойно…


Режиссер Алексей Франдетти – и сам немного Питер Пэн. У него на руке татуировка с летающим мальчиком, и сам он с легкостью необыкновенной порхает из театра в театр, выпуская чуть ли не десяток премьер в год. Но его трактовка сказки Джеймса Барри получилась неожиданно мрачной и трагической, под стать судьбе самого автора, которого буквально преследовали несчастья и смерти близких людей, так что люди поговаривали о «проклятье Барри». Даже у пятерых детей семьи Дэвис, ставших прототипами его героев, судьба сложилась фатально: один погиб на фронте, другой утонул, а третий, Питер, окончил жизнь самоубийством. А свою самую знаменитую книгу писатель посвятил брату Дэвиду, который умер незадолго до 14-летия и остался для матери «вечным ребенком».

Это важно знать, чтобы понять трактовку спектакля в областном ТЮЗе, отчасти позаимствованную из лондонской open-air постановки в Риджентс-парке. Действие начинается в разгар Второй мировой войны в шотландском госпитале для летчиков. Только что бравые солдаты маршировали по залу под звуки настоящей волынки, и вот они уже лежат, тяжело раненные, на койках и просят медсестру почитать им любимую детскую книжку, чтобы отвлечься от боли. Постепенно все втягиваются в игру: санитарка становится Венди, солдаты – её братьями, а старшие врачи – папой и мамой. Правда, Питер здесь не мальчик, а взрослый мужчина, почти мачо (Алексей Рыжков), и у них с Венди складываются вполне романтические отношения.

На самолете в натуральную величину они летят на остров Neverland, где мальчишки живут на ветвях огромного дерева. Сценография Тимофея Рябушинского и свет Ивана Виноградова создают на сцене атмосферу настоящего волшебного острова. Но вместо русалок здесь аппетитные девушки из кабаре без всяких хвостов – мечта любого солдата. А лучше всего придумана фея Динь-Динь: актриса из театра «Недослов» Виктория Барышникова говорит на жестовом языке, а мы слышим лишь мелодичный звон колокольчика.

Постепенно приходит осознание, что на волшебном острове оказываются не потерянные, а погибшие мальчишки, и там они продолжают свою вечную игру в войну с пиратами, одетыми в стилизованную форму разнообразных национальных армий, и с индейцами, экипированными, как участники ближневосточных конфликтов. А в это время их матери (этот собирательный образ исполняет Нонна Гришаева) получают похоронки в виде сложенных британских флагов.

Несмотря на трагический посыл, спектакль смотрится легко, ведь это все-таки мюзикл. Песни Леонида Дербенева и Игоря Ефремова из старого советского фильма несут совсем другую, сказочную и романтически-приподнятую интонацию. А примостившийся на балконе оркестр «Папоротник» расцвечивает их современными ритмами джаза, блюза и рока. Только вот наивная героика в исполнении дюжих мужчин в форме уже не кажется такой невинной, и призывы «умереть достойно» не понятно во имя чего в сегодняшнем контексте тоже звучат опасным инфантилизмом.

Выйти в окно…

Еще более неожиданную трактовку образа нестареющего мальчика предложили в «Сатириконе». Здесь поставили не сказку Барри, а пьесу современного автора Керен Климовски, посвященную как раз синдрому Питера Пэна.

Обычная современная семья – папа, мама и ребенок. Мама пашет, как лошадь, за двоих, а папа-праздник где-то гуляет, веселится и занимается творческой самореализацией. Он актер по профессии, но с карьерой пока не складывается, а сниматься в рекламных роликах – ниже его достоинства. Ухаживать за сыном тоже толком не умеет: то завтрак забудет положить, то отправит в школу в пижамных штанах. И однажды, чтобы загладить  очередную оплошность, папа сообщает Дане, что он и есть Питер Пэн.

Так начинается их секретная игра: папа учит сына не бояться пауков, давать сдачи и обещает научить летать. Но бесконечно это продолжаться не может, мальчик перестает верить в обман и отец, чтобы доиграть роль до конца, на его глазах выходит в окно… и исчезает. Финал каждый волен толковать по своему: разбился или все-таки улетел? И кем он был: эгоистичным и безответственным лузером или человеком, умеющим мечтать и фантазировать, как барон Мюнхгаузен? Прелесть пьесы в том, что она не дает однозначных ответов.

В «Сатириконе» молодой режиссер Надежда Кубайлат и художник Денис Сазонов предложили для нее очень жесткое, однотонное решение. Весь сценический павильон здесь залит тревожным, ярким желтым цветом – как известно, цветом обмана и предательства. На его фоне выделяются лишь синий прямоугольник лифта – как портал в подсознание героя, и ярко-красный костюм капитана Крюка – главного страха Дани. Интонации и пластика героев, их строго геометрические передвижения по сцене так же одномерно-схематичны и лишены полутонов. В этом насквозь лживом мире взрослых единственно живым и искренним выглядит мальчик в трогательном белом костюме овечки (Алина Доценко) .

Объясняется это отстраненно-формально решение отчасти тем, что перед нами – воспоминания выросшего Дани, его попытка заглянуть в прошлое и разобраться со своей детской травмой. И это опыт сложный, болезненный, но необходимый. Уметь посмотреть в глаза правде – это и значит, быть взрослым. 
     

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • «Вся поэзия театра»

    Не случайно Дмитрий Крымов назначает премьеры в свой день рождения – 10 октября, уж точно не для того чтобы, как он шутит, «гостей не звать домой». Просто каждый спектакль – это история из его жизни, а в день рождения хочется вспомнить то, что дорого сердцу – из детства, из юности, из главного. ...
  • Смерть автора

    В «Студии театрального искусства» начали сезон с Хармса, освобождающего смеха и мёртвой старухи, от которой никак не избавиться, как от фантомов советского прошлого или вездесущего ковида. Сергей Женовач оставляет за зрителем право на обе версии, но делает акцент на трагической невозможности творить. ...
  • «Театрал» октября уже в продаже!

    На страницах свежего номера (см. где купить и подписка) вы прочтете много интересного, и узнаете о том: - почему российские деятели культуры обеспокоены ситуацией в Белоруссии; - как актер Анатолий Белый относится к внутренней свободе и гражданской позиции; - чем театральное сообщество отреагировало на приговор Михаилу Ефремову; - что думает главред «Театрала» Валерий Яков о праве художника на слово и дело; - за кого голосуют зрители: шорт-лист премии «Звезда Театрала»-2020; - чем объясняет увольнение сотрудников Театра им. ...
  • Уже не смешно

    В Театре Наций в течение недели одна за другой вышли премьеры спектаклей «Лекарь поневоле» Олега Долина, «Разбитый кувшин» Тимофея Кулябина и «Страсти по Фоме» Евгения Марчелли. Хотя все три спектакля были задуманы еще до пандемии, они идеально соответствуют рекомендациям нового министра культуры Ольги Любимовой начинать посткарантинный сезон с чего-то легкого: шуточный пустячок Мольера, комедия-анекдот Клейста, даже у Достоевского – минимально травматичное и сатирическое «Село Степанчиково и его обитатели». ...
Читайте также