«Повалять дурака»: пять актерских розыгрышей

 

По одной из версий День смеха появился после того, как в 15 веке произошёл переход со старого стиля на новый, и отмечать Новый год стали 1 января. Над жителями, которые продолжали праздновать 1 апреля, подсмеивались. Со временем все, конечно, перестроились, но праздник остался. Артисты – народ особенный. Им не нужно ждать 1 апреля, чтобы «повалять дурака». «Театрал» подобрал пять актёрских розыгрышей из своих архивов, чтобы в это непростое время приподнять настроение.

Ольга Аросева
«Проходите, пожалуйста!»


Когда картина «Адъютант его превосходительства» вышла на экраны, артист нашего Театра Сатиры Владимир Козел стал необычайно популярным. Многие иначе, как «его превосходительство», к нему не обращались. Как-то для зарубежной поездки артистам нужно было получить справку из психбольницы (о том, что они не состоят на учёте). Владимир Георгиевич пришёл, наклонился к окошку регистратуры и своим роскошным, бархатным голосом произнёс: «Здравствуйте, я – подполковник контрразведки Щукин», а в ответ услышал: «Проходите, пожалуйста, у нас тут как раз Николай II на отдыхе». К счастью, очередь его узнала и закричала, что он артист, «его превосходительство» сыграл.

Геннадий Бортников
«Выкуп»

Однажды в Театре Моссовета после спектакля «Аплодисменты» мы устроили легкий «междусобойчик». Плятт читал стихи, предназначенные для сугубо узкого круга, а я в то время всюду носил с собой портативный магнитофон и записывал друзей-артистов. В тот вечер он лежал на виду в гримёрной. Ростислав Янович закончил чтение, и тут кто-то сказал: «А, у Гены магнитофон. Он, наверное, всё записал». Дождавшись, когда все разошлись, Плятт кинулся ко мне: «Сколько хочешь? Какой выкуп?» Я решил его разыграть и сделал вид, что магнитофон был включен. Мы стали торговаться, дошли до значительной суммы и, когда ударили по рукам, я не выдержал, рассмеялся и отдал ему совершенно чистую плёнку.  

Юрий Васильев
«Пьянству – бой!»

В нашем Театре Сатиры, в спектакле «Клоп» я играл роль пьяницы, интеллигентного алкоголика. Мне делали синяк под глазом, цепляли полуразбитые очки. Я надевал разные ботинки, один белый, другой чёрный, огромный пёстрый галстук и видавший виды плащ, из кармана которого торчал журнал «Здоровье». В руках у меня была авоська с пустым шкаликом водки. Я выходил, разворачивал журнал и показывал всем статью «Пьянству – бой!»

Однажды на гастролях в Красноярске стою за кулисами, жду своего выхода, а ребята решили надо мной подшутить: указав на меня, сказали пожарным, что за кулисы пробрался пьяница. Те бросились ко мне и давай выгонять. Я им объясняю, что сейчас мой выход, а они меня под локотки и говорят: «Будет тебе сейчас выход, алкаш паршивый. Тут московские артисты приехали, а ты нас позоришь!» Пришлось вмешаться режиссёру.

Вячеслав Гришечкин
«Эротическая сцена»

Еду на съемки в другой город, сценарий прочитать не успеваю, в чем честно признаюсь. За два дня до окончания съемок ко мне подходит режиссер: «По сценарию у тебя еще эротическая сцена». Я в ужасе пытаюсь его отговорить: «Я не похож на красавца-атлета, кому интересно смотреть на меня?» Он ни в какую. Я ночь не сплю. Утром иду к партнерше. Она сидела, ела йогурт. Я ей говорю: «Давай подумаем, что делать в этой чертовой эротической сцене». Она убегает в другую комнату, и я слышу какие-то сдавленные звуки. Я решил, что она йогуртом подавилась. Вечером с площадки начинают убирать аппаратуру. Мне объясняют, что мы переезжаем на другой объект. Когда я вышел на улицу, возле гримвагена был накрыт стол с шампанским, в честь окончания съемок. Меня встретили аплодисментами. Полсотни человек двое суток разыгрывали меня. С тех пор я читаю сценарии.

Лев Дуров
«Парик» 

Театр Ленком поехал на гастроли. Меня пришли проводить друзья-акробаты, братья Воронины, и притащили банку с мазью от облысения, которая пахла чесноком. Ну, поехали. Я в одном купе с нашей актрисой, а в соседнем – четверо наших артистов. Ребята начали «соображать». Скребутся ко мне: «Дед, дай закусить, вон у тебя закусь в банке, чесноком пахнет». «Мужики, – говорю, – это мазь от облысения». Они не поверили и ушли, недовольные, допивать. Гудели до утра, спать всем мешали. Думаю, надо ребят проучить. Вижу, на крючке висит парик актрисы. Натянул, вылез по пояс голый и в соседнее купе стал стучать. Открыли они и спьяну глаза вытаращили, а я им этак-торжественно возмущенно: «Что не верили?!» С верхней полки упал артист и сломал руку. Я посмотрел на них и удалился, а минут через пятнадцать они опомнились и стали ломиться в наше купе. Открыла актриса, но поскольку они её никогда не видели без парика, то испугались и дали дёру. 

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Евгений Писарев: «Я приезжаю к маме — там культ меня!»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но пока не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Ольга Прокофьева: «Ее силе мог позавидовать любой мужчина»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Римас Туминас: «Однажды мама меня спасла»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но, по известным причинам, так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный по душевности сборник состоит из пятидесяти монологов именитых актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Вера Васильева: «В театр сбежала от повседневности»

    Журнал «Театрал» выпустил в свет необычный сборник — 50 монологов именитых актеров, режиссеров и драматургов о любви к маме. Представить публике эту удивительную по теплоте и душевности книгу помешал всеобщий карантин, поэтому мы решили опубликовать отдельные её главы, чтобы в условиях унылой изоляции у наших читателей улучшилось настроение, и они позвонили своим близким — сказать несколько добрых слов. ...
Читайте также