Григорий Служитель: «Мир превратился в один межконфессиональный монастырь»

Актер СТИ Сергея Женовача – о том, как карантин отразится на культуре

 

Актер «Студии театрального искусства» Григорий Служитель рассказал «Театралу», как проводит вынужденный отпуск в изоляции, совершенствует писательское мастерство и куда отправится, когда вновь откроются границы.

– Григорий как вы сейчас проводите время на карантине?

– Мне кажется, что дел на карантине появилось ещё больше, чем прежде. Сперва я был этому рад, а сейчас уже задумываюсь над тем, как все успевать. В первую очередь я занят написанием эссе, рассказов. Периодически даю онлайн концерты. Стараюсь максимально творчески насытить время, потому что мне, как и всем артистам, оказалось довольно сложно вот так внезапно выбыть из привычного творческого процесса. К тому же, ситуация, в которой мы находимся, совершенно неопределённая: непонятно, чем и когда она завершится. Но я рад тому, что у меня есть моя вторая стезя – литература и, конечно, музыка. Я очень много слушаю самой разной музыки, и сам играю на гитаре и пою «Битлз».

– Как писатель Григорий Служитель воспринял вынужденный отпуск актёра Служителя? Наверное, было что-то, над чем давно хотели поработать, но откладывали из-за недостатка времени?

– Сложный вопрос. Ведь нам всегда кажется, что нам не хватает времени. А потом выясняется, что дело вовсе не во времени. Вернее, не только в нем. Например, уже много лет я живу в определенном графике и очень привык к нему. В театре у меня от десяти до пятнадцати спектаклей в месяц. Так, я знаю, что, если сегодня репетиция, то это будет примерно с одиннадцати утра до трех часов дня, а с семи до одиннадцати вечера – спектакль. И подобному распорядку подчинена вся моя жизнь. А сейчас все вдруг рухнуло. Мне не хватает общения с коллегами по театру, с друзьями, мне не хватает и самого театра, потому что я очень люблю это место.

– Вы сказали, что дел на карантине стало ещё больше. Как-то формируете своё расписание на день?

– Нет, я не разбиваю свой день на часы: просто встаю рано и стараюсь успеть максимально все, что наметил. Думаю в период карантина и нет смысла в том, чтобы придерживаться какого-то графика. Люди и так всю жизнь живут по расписанию, а сейчас мы ощутили каждый на себе, какая на самом деле произошла насмешка над всеми нашими планами и графиками.

– Что вы сейчас пишете?

– У меня есть какие-то наработки, записываю и те идеи, которые приходят сейчас. Последнее время ко мне часто обращаются разные издания с просьбой написать для них заметки, эссе, небольшие рассказы. Я только сейчас подошёл к определенному этапу в литературе: начал осваивать жизнь в, что называется, писательском режиме.

– Как, на ваш взгляд, отразится на культуре и литературе тот опыт, который мы переживаем в самоизоляции?

– Вне всякого сомнения культура изменится. Сложно спрогнозировать, что будет. Но очевидно, что нынешняя ситуация – это барьер. Многие люди вспоминают события полуторамесячной давности словно нечто из прошлой жизни. Что касается появления нового жанра, пока сложно об этом говорить, потому что все еще слишком удивлены происходящим. Мы не знаем, как относиться к тому, что нас изолировали друг от друга, что общаемся мы только в сети. Мы ещё не привыкли к новым реалиям. В каком-то смысле сегодняшний мир превратился в один большой межконфессиональных монастырь. Все расселись по кельям. И это ли не повод и шанс задуматься и о самих себе, и о чем-то глобально важном.

Могу только предположить, что, если не исчезнет, то как-то разбавится жанр катастрофы. Человечество, привыкшее к катастрофам и эпидемиям в кино, литературе, на мой взгляд, больше не захочет с таким упоением заниматься самоуничтожением, по крайней мере, надеюсь, что будет меньше повторять эти сценарии на экране. Думаю, что творческая общественность станет более трепетно относиться ко всему живому, в том числе и к культуре. Все мы должны стать внимательнее друг к другу, к своему здоровью. Сейчас все увидели, каким на самом деле хрупким оказался окружающий мир.

– Смотрите ли вы спектакли, которые сейчас активно транслируют? И как относитесь к театру онлайн?

– Трансляции практически не смотрю. Поскольку это довольно неинтересно. Экран не передаёт ощущение единства со спектаклем, что в действительности и есть самое важное. Во время трансляции отдельное впечатление может произвести актерская игра, быть может, сценографическое решение. Трансляции – это совсем другой жанр. Он имеет смысл тогда, когда ты уже видел спектакль вживую и хочешь его пересмотреть. У тебя уже сложилось о нем впечатление, а сейчас ты имеешь возможность увидеть что-то подробнее, детальнее. Театр это все-таки про здесь и сейчас.

– Вы уже думали, куда отправитесь путешествовать, когда закончится всеобщий карантин и границы будут вновь открыты?

– Конечно! У меня есть одно из моих любимейших мест, куда я езжу уже много лет, это остров Крит. Также мне бы очень хотелось в Португалию. А самое обидное, что в мае у меня отменили трехнедельную поездку в Италию по моим книжным дела.

– А в Москве куда первым делом отправитесь?

– В Москве я бы сел на велобайк поехал бы к Новодевичьему монастырю, потом от Басманной по Лужнецкой набережной до Таганки. Очень люблю этот маршрут, хотя и без маршрута просто гнал бы по городу.

– Расскажите подробнее про итальянский тур. Вы сказали, что поездка была связана с книгой?

– Вышел итальянский перевод романа «Дни Савелия», который я должен представлять на Международной туринской книжной ярмарке. Собственно, весь тур по городам Италии был приурочен к этому событию. У меня должна была состояться встреча с моим издателем, который в восторге от «Дней Савелия». Я даже должен был какое-то время гостить на его вилле в Тоскане. Это должна была быть красивая поездка в одну из самых красивых стран мира.

– Во время карантина ряд издательств проводили с вами встречи в прямом эфире. Какие вопросы читателей оттокнули и какие, наоборот, особо запомнились?

– Больше всего мне не нравится вопрос: «Чем вы нас скоро порадуете?» А самый оригинальный, наверное, следующий: «Григорий, скажите, это правда, что роман «Дни Савелия» на самом деле написал Евгений Водолазкин, а потом попросил вас представить его как свое произведение?»

– Какие произведения из современной русской литературы произвели на вас сильное впечатление?

– Мне очень нравится роман Сухбата Афлатуни «Поклонение волхвов», его рекомендую.Также «Письмовник» Михаила Шишкина, «Жизнь А. Г.» Вячеслава Ставецкого. Думаю, читателям журнала «Театрал» будет интересен роман «Репетиция» не так давно от нас ушедшего замечательного писателя Владимира Шарова.

Поделиться в социальных сетях:




Самое читаемое

  • Константин Хабенский озвучил свою стратегию

    Сегодня, 24 ноября, в МХТ им. Чехова прошел сбор труппы, на котором новый художественный руководитель озвучил свои планы на два сезона вперед.    «Разрешите, я сниму маску в прямом и в переносном смысле», – сказал Константин Хабенский и начал сбор труппы с поздравлений всем, кто победоносно вернулся, а это Андрей Бурковский, Дарья Мороз, Игорь Золотовицкий и Николай Симонов – главный художник МХТ им. ...
  • Римас Туминас: «Талант не спасет, если нет вкуса»

    К столетию Театра им. Вахтангова Римас Туминас выпускает спектакль по одному из главнейших произведений в пантеоне русской классики – роману Льва Толстого «Война и мир». Главнейшему хотя бы потому, что едва ли не каждый зритель знаком с романом со школьной скамьи, а стало быть, сомнения и споры неизбежны. ...
  • Эдуард Бояков покинул пост худрука МХАТа им. Горького

    Эдуард Бояков ушел с должности художественного руководителя МХАТа им. Горького. Об этом он сообщил в Facebook. «Директор Владимир Кехман вечером предложил мне написать заявление. Я это сделал несмотря на то, что у меня пятилетний контракт. ...
  • Владимир Кехман планирует провести сокращение штата во МХАТе

    Новый глава МХАТа им. Горького Владимир Кехман рассказал, что собирается проводить масштабное сокращение штата нетворческих сотрудников театра ввиду сильного дисбаланса между творческим и управленческим коллективами. ...
Читайте также


Читайте также

Читайте также