Уже не смешно

Театр Наций открыл сезон сразу тремя комедиями

 

В Театре Наций в течение недели одна за другой вышли премьеры спектаклей «Лекарь поневоле» Олега Долина, «Разбитый кувшин» Тимофея Кулябина и «Страсти по Фоме» Евгения Марчелли.

Хотя все три спектакля были задуманы еще до пандемии, они идеально соответствуют рекомендациям нового министра культуры Ольги Любимовой начинать посткарантинный сезон с чего-то легкого: шуточный пустячок Мольера, комедия-анекдот Клейста, даже у Достоевского – минимально травматичное и сатирическое «Село Степанчиково и его обитатели». Но что-то пошло не так.

Олег Долин на Малой сцене продолжил изыскания в жанре площадного театра. Только в этот раз не комедии дель арте, а французской буффонады. Круглая площадка-арена, почти полное отсутствие декораций, утрированные, карикатурные позы и жесты и герои-типажи: простак, сварливая жена, глупый отец, несчастные влюбленные. Незатейливый сюжет Мольера, взятый из средневекового фабио, повествует о пьянице и пройдохе Сганареле, которого по ошибке приняли за ученого доктора, но он сумел извернуться, запудрить клиентам мозги и организовать побег якобы хворой хозяйской дочки с её кавалером.

По идее, все на сцене должно искриться и пениться, как шампанское, создавая публике хорошее настроение. И молодые актеры – Илья Крикливец, Мария Лапшина, Глеб Пускепалис, Полина Виторган, Анастасия Голикова и другие очень стараются, выдерживая фарсовую форму: всячески валяют дурака, совершают почти акробатические трюки и заигрывают со зрителями, пытаясь включить их в действие. Но этой наивной, безыскусной комедии все же не хватает второго дна, какой-то внутренней, потаенной мысли, которая была в той же «Зобеиде» в РАМТе. И хотя в финале нам жизнерадостно сообщают: all you need is love, тема остается, на мой взгляд, не раскрытой.

В «Разбитом кувшине» Тимофея Кулябина, напротив, мысль есть, да еще какая. Комедию-анекдот Генриха фон Клейста он превратил в высказывание о современной Европе, которая пытается навести порядок в своих дальних пределах, но увязает в местных разборках, где нет правых и виноватых и где царят свои законы, далекие от норм цивилизованного права. По сюжету взаштатный городок приезжает контролер из Утрехта и присутствует на судебном разбирательстве дела о разбитом кувшине, в ходе которого выясняется, что виноват сам судья. Недаром эту комедию называют немецким «Ревизором».

Во времена Клейста разбитый кувшин был синонимом потери невинности, и речь шла не столько о порче имущества, сколько о девичьей чести. В наши дни такие переживания, возможно, выглядят старомодно, но не в них суть. Режиссер тут фокусируется на другом: на занавесе у него красуется карта условного европейского союза, а советник Вальтер приезжает не откуда-нибудь, а из Брюсселя. Причем, Ингеборга Дапкунайте играет его каким-то бесполым существом, почти андроидом в серебристом плаще и на высоких каблуках. Бесстрастная, официально чопорная, воплощающая верность закону и порядку, она кажется инопланетянкой среди этих мелких людишек с их слабостями и грехами. Но зато эти людишки гораздо витальней, они умеют по-настоящему любить и ненавидеть, и лучше бы европейскому правосудию не совать нос в их дела со своим чистоплюйством и нормативами. Разберутся сами.

Тимофей Кулябин в финале приготовил зрителям сюрприз, который переворачивает историю с ног на голову. Но случается это в последние пять минут. Все остальное время действие идет ни шатко ни валко и даже не очень смешно, хотя по жанру заявлен анекдот. Этой истории не хватает какого-то взрывного балканского колорита, который бы оживил по-европейски стильную картинку и несколько постную манеру игры.

Виталий Коваленко в роли судьи явно не очень уверенно чувствует себя в комическом жанре, Олег Савцов здорово играет манерного писаря Лихта, который всегда чует, куда дует ветер, и переобувается на лету, а Рустам Ахмадеев неожиданно нежен и трогателен в роли нескладного ревнивого жениха. Лишь Анна Галинова в привычном амплуа придурковатой деревенской бабы напоминает, что мы смотрим все-таки комедию и на ней полагается смеяться.

Кому хватает темперамента, так это актерам Евгения Марчелли. У него, как в большой итальянской семье, выясняют отношения шумно: кричат, бьются в истерике, падают в обморок и бьют по суду. Ну почти Альмодовар – женщины за гранью нервного срыва, только на наш суконно-посконный манер. Поэтому очень отзывается фраза одного из героев в конце первого акта: «Простите, я попал в сумасшедший дом?».

Марчелли привлек на постановку многих артистов, с которыми работал еще в Ярославле: Владимир Майзингер и Виталий Кищенко по очереди играют мягкотелого полконика Ростанева; Юлия Хлынина приглашена на роль бедной гувернантки Настеньки; Анастасия Светлова изображает «фантасмагорическую женщину» Татьяну Ивановну. Но главный во всей этой истории, конечно, Авангард Леонтьев в роли Фомы Опискина. Ради него все и затевалось. Это стопроцентное попадание в образ: маленький, плюгавенький человечек, бровки домиком, страдальческое выражение лица, он буквально раздувается на глазах вместе со своим эго, становясь домашним тираном, Наполеоном села Степанчиково. Рядом с ним даже монументальный Владимир Майзингер теряется, тушуется и даже становится как-то меньше ростом.

Но несмотря на постоянную суету на сцене и повышенные децибелы, действие пробуксовывает, не развивается. А заготовленные шутки почему-то не выстреливают, не доходят до зрителя – все мимо, мимо. То ли дело в шахматной рассадке и полупустом зале, противопоказанном особенно комедии. То ли актеры за полгода просто растренировались, потеряли хватку и умение налаживать контакт с публикой. Нарушение привычной связи между сценой и залом, вот этого пресловутого обмена энергией – пожалуй, главное печальное ощущение первых послекарантинных спектаклей.

Возможно, оно наладится позже. А может быть, мы действительно изменились и театр должен тоже стать другим, переизобрести себя и ответить на вопросы: кто мы, чем тут занимаемся и главное – зачем?

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Театр «У Никитских ворот» представит премьеру мелодрамы

    На сцене театра «У Никитских ворот» народный артист России Марк Розовский ставит спектакль по роману Эмиля Золя – «Тереза Ракен». Премьерные показы состоятся 8 и 9 декабря.   «Тереза Ракен» – это захватывающая история безудержной страсти и предательства, ведущего к преступлению. ...
  • Море, воздух, небеса

    Премьера Большого своим названием недаром ассоциируется со знаменитой пьесой Пиранделло «Шесть персонажей в поисках автора», обнажающей противоречивость мира реального и мира искусства. И действительно, царство свободы, господствующее на сцене, начинает казаться более реальным, чем люди в масках (словно персонажи театра абсурда) в полупустом зрительном зале Новой сцены. ...
  • Что наша жизнь?.. Читайте в «Театрале»

    В театры Москвы и Петербурга, в журнальные киоски, в торговые сети «Азбука вкуса» и «Ашан» поступил декабрьский номер «Театрала». Ковид – ковидом, но выход в свет – по расписанию. И читатель сможет перевести дух уже хотя бы потому, что в «Театрале» его не будут пугать очередными печальными сводками пандемии. ...
  • Воробьиная месса

    Старинные Боярские палаты с их сводчатыми потолками, сквозной системой комнат и коридоров – особое пространство, предполагающее нетривиальность постановочных решений, отменяющее четкую границу между сценой и залой и вовлекающее зрителей в орбиту театрального действия. ...
Читайте также