«Я не тот, кто ты думаешь»

Мировая премьера балета «Орландо» в Большом театре

 

В последние дни марта на Новой сцене Большого театра прошли показы «Орландо» – мировой премьеры немецкого хореографа, художественного руководителя Балета Цюриха Кристиана Шпука по одноименному роману Вирджинии Вулф. Событие это – не рядового порядка. Хотя бы потому, что известные зарубежные хореографы не особо балуют наши театры оригинальными работами.

Чаще их постановки на российской сцене – переносы прежних спектаклей, как это было «Анной Карениной» того же Шпука в МАМТе, изначально поставленной для Балета Цюриха. Да и сам факт обращения Большого театра к одному из самых загадочных произведений английской писательницы, заглавный персонаж которого в первой части повествования является женщиной, а во второй мужчиной – явление неординарное.

Новая вспышка интереса к сенсационному роману, написанному в 1928 году, связана с одноименным голливудским фильмом 1992 года режиссера Салли Поттер с Тильдой Суинтон в заглавной роли. Театральные же подмостки роман увидел через 60 лет после написания, когда известный английский режиссер Боб Уилсон поставил по нему моноспектакль для выдающейся немецкой актрисы Ютты Лампе в берлинском Шаубюне. Начиная со второй половины 90-х годов, интерпретации романа регулярно появляются на балетной и оперной сценах. Среди обратившихся к роману хореографов – такие хорошо известные постановщики, как Марко Гёкке и Уэйн Макгрегор.

Действительно, образ заглавного героя, живущего не старея... 350 лет, чрезвычайно привлекателен для любого рода театральных воплощений. В романе есть все, чем можно увлечь читателя или зрителя – любовь, разочарования, приключения и не менее захватывающие размышления об условности времени, многоликости человеческого «я» и природе личности. К прекрасному 16-летнему Орландо, живущему в XVI веке, благоволит Королева Англии и Ирландии (прозванная «Королевой-девой») Елизавета I. Она делает юношу своим фаворитом и просит никогда не стареть. Далее Орландо пылко влюбляется в Сашу – дочь русского посла... После ее измены и отъезда на родину он засыпает на неделю и... пробуждается поэтом. Затем отправляется послом Англии в Константинополь, где, впав снова в продолжительный сон, просыпается женщиной... 

На сегодняшний день тема самоидентификации человека, в том числе гендерной, что называется в тренде. Вспоминается спектакль Робера Лепажа «Эоннагата» о загадочной судьбе склонного к травестиям шпиона и дипломата Шевалье д'Эона. В этой постановке, предоставленной в 2014 году Чеховским фестивалем, режиссер вкупе с хореографом Расселом Малифантом и великой балериной Сильвией Гиллем размышлял о природе мужского и женского, не сосредотачиваясь на медицинской стороне вопроса. Хотя в «Орландо» речь идет не о переодевании, а о смене пола, Шпук тоже не «зацикливается» на вопросе гендерной принадлежности героя. Для него важна инаковость, отдельность персонажа, поддержанная и музыкально: в спектакле голос Орландо – виолончель. Шпук уверен: зритель смотрит ушами. И всегда очень тщателен в выборе музыкального материала. Помимо Концерта для виолончели британского композитора романтического направления Эдуарда Элгара, в балете звучит минималист Филип Гласс, а также небольшими вставками возникает музыка Леры Ауэрбах и Елены Кац-Черни.

И в мужском, и в женском обличии заглавного героя (при обилии дуэтных танцев) окружает романтическая аура одиночества, сопутствующая исключительным личностям и поэтам. Исполнительница партии Орландо Ольга Смирнова – балерина, в которой (как говорит о ней хореограф) «есть какая-то недоговоренность, что-то такое драгоценное». Именно эти качества исполнительницы и придают действию сакральный смысл.


Балет разбит на сцены. Каждому эпизоду сопутствует текст из романа – описание природы, поступков, поведения или мыслей заглавного героя. Язык романа (даже в переводе) легок, изысканно прост, образно поэтичен и приправлен изящной иронией. В свою очередь, хореограф обозначает переходы из эпохи в эпоху только намеком. В поиске адекватной танцевальной лексики для этого необычного произведения Шпук лаконичен, но в контексте сдержанной хореографической партитуры достаточно живописен. Это относится и к многофигурным (непосредственно не связанным с развитиям сюжета) композициям, и графически четким, без излишеств, несколько условным дуэтам.

Взаимоотношения между персонажами точно простроены как пластически, так и актёрски, но – акварельно, без какого-либо нажима. Здесь много полутонов, полуоборотов, легких касаний, обмена взглядами. Исполнительница партии Орландо не изображает юношу. У ее героя, особенно в первой «мужской» части, почти что аскетичная пластика. Во втором «женском» акте те же скупые движения обретают большую плавность и мягкость. Орландо поднимается на пальцы, встает на пуанты, сохраняя свою загадочность и отрешенность, что отлично удается Ольге Смирновой, балерине прекрасных текучих линий. Дуэт Орландо и Саши (Ксения Жиганшина), при первом появлении тоже напоминающей юношу, лишен не только сексуальной, но даже чувственной окраски. Это танец двух, прекрасных в своей юности, существ.

В спектакле красиво многое – построения и перестроения кордебалета, многочисленные дуэты... Впечатляет перевоплощение Орландо в женщину, когда она в платье с длинным шлейфом, медленно, как танцовщик буто, пересекает сцену по диагонали, проплывая по жизни, как по реке времени, оставляя за спиной столетия. Красивы костюмы Эммы Райотт, условные, «вневременные» и исторические, иллюстрирующие смену веков. Эффектно, существующее в деталях, оформление Руфуса Дидвишуса: люстры, канделябры, спускающиеся сверху картины – изображения пейзажей. Одно из них – образ дерева, возможно, дуба, фигурирующего в романе, или «Дуба» – поэмы, которую Орландо пишет на протяжении столетий. Здесь есть и сцены средневекового бала, и литературные салоны 19 века. И встреча на лоне природы Орландо-женщины с Шелмердином, моряком и авантюристом, с которым её свяжет настоящее чувство. Плод этой любви – мальчик с бумажным самолетиком в руках, выбегающий на сцену в финале спектакля. Его появление – авторская интерпретация Шпука последней главы романа, где Орландо, живущая уже в 20 веке, стоя под любимым дубом, слышит гул аэроплана, из которого спрыгивает на землю Мармадьюк Бонтроп Шелмердин. Его партию танцует Семен Чудин, убедительно исполняющий здесь и роль Елизаветы I.

Дуэтов (самых разных) в балете столько, что их хватило бы на несколько спектаклей. Один из самых ярких – танец Орландо с саркастичным поэтом Николасом Грином, в этой острой по рисунку партии хорош всегда артистичный Денис Савин. Изысканно изобретательны и раскованы дуэты юношей (Дэвид Мотта Соарес и Якопо Тисси). При наличии однополых дуэтов спектакль вполне целомудрен. Интонационно – и по эмоциональной, и по цветовой гамме (спектакль решен в темных приглушенных тонах) – действие напоминает сновидение. А во сне чего не случается: женщина может увидеть себя мужчиной, а мужчина женщиной. Вывод, вытекающий из балета, как, впрочем, и из романа: личность – гораздо больше своей телесной оболочки. Смена пола не меняет сущности человека, который – не познаваем. Не случайно в финале на заднике возникает фраза на английском: «Я не тот, кто ты думаешь».

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • «Черно-белый карнавал»: «Театр» Моэма в «Современнике»

    От романа Моэма в своем «Театре» Владимир Панков оставил один каркас, а содержанием сделал тотальную игру. Когда она начинается, а когда ставится на паузу, сказать трудно – «монтажные склейки» почти не видны. ...
  • Премьера генеральной репетиции

    Дмитрий Крымов поставил со своим художником Марией Трегубовой, своим композитором Кузьмой Бодровым, свою пьесу – с «чужими» актерами, которые стали своими. Актеры разных поколений Театра Фоменко, кажется, мгновенно превратились в Лабораторию Крымова. ...
  • Вышел в свет майский «Театрал»

    На страницах заключительного весеннего номера (см. подписка и где купить) вы прочтете: - как в Малом театре сошлись все зведы: фоторепортаж о премьере «Мертвых душ»; - что всегда восхищало Александра Ширвиндта в Георгии Менглете; - зачем Сергей Женовач обратился к Юрию Олеше; - что Евгений Водолазкин считает главным в разговоре о войне; - чем современное законодательство напоминает Михаилу Федотову театр абсурда; - почему большинство зрителей мечтают о продлении театрального сезона: колонка главреда Валерия Якова; - где Таисия Вилкова решила «играть по-крупному»; - чем интересна мировая премьера «Орландо» в Большом театре; - какие фильмы о войне предпочитает Григорий Антипенко; - кого выбирает публика: продолжается прием заявок на премию «Звезда Театрала»; - почему продюсер Леонид Роберман считает себя волком-одиночкой; - кто приедет на продюсерский фестиваль в Театр им. ...
  • Заговор «лузеров»

    Устойчивый интерес Сергея Женовача к литературе 20-х и 30-х годов уже сложился в цикл спектаклей о ранней Стране Советов: Эрдман, Булгаков, Хармс, теперь – Олеша. И «сшит» этот театральный гипертекст темой «лишнего человека», которого эпоха выдавливает, как пасту из тюбика. ...
Читайте также