Хранитель памяти

В «Школе современной пьесы» представили премьеру по роману «Авиатор»

 

Премьерная постановка «Авиатора»  первая попытка инсценировать одноименный роман Евгения Водолазкина. Режиссёр спектакля  выпускница Театральной школы Олега Табакова и мастерской Иосифа Райхельгауза в ГИТИСе Алина Кушим.
 
По словам режиссера, идея перенести роман на сцену возникла сразу, как только она его прочла. Над сценической версией «Авиатора», а также над замыслом постановки, авторы работали в течении четырёх лет, заручившись поддержкой Евгения Водолазкина. 

Исполнитель главной роли – Алексей Гнилицкий. Частная история его персонажа Платонова выходит на первый план относительно времени. Он показан одним из нас. Создатели спектакля уверены: каждый человек уникален именно потому, что является «носителем» индивидуальной памяти. Но одновременно его судьба, безусловно, отражает и часть того целого, что можно назвать памятью поколения, историей страны.

«Авиатор» – это монохромный эскиз в духе экспрессионистов, где на первом плане – тоска по непрожитой жизни и одновременно ностальгия по жизни, которая могла быть другой, если бы не события 1917 года.

По сюжету, главный герой просыпается в больничной палате. Он не помнит кто он, но с каждым днём к нему постепенно возвращается память. Медики помогают Платонову вспоминать эпизоды из прошлой жизни и стараются дозировано, предельно осторожно адаптировать его к настоящему, к реальности, в которой он проснулся.

Однажды врач Гейгер (Владимир Шульга) специально оставляет на тумбе лекарство, чтобы Платонов прочел на упаковке дату изготовления и понял, что его сон длился более шестидесяти лет. Сейчас Платонову чуть больше тридцати, он – ровесник века, 1900 года рождения. Дело в том, что будучи заключённым Соловецкого лагеря в 1930-х годах, Платонов стал участником научного эксперимента по замораживанию человеческого организма – и проснулся уже в 1999-м. 

День ото дня герой все больше вспоминает свое прошлое. На экране за больничной койкой возникают образы и персонажи. Затем они появляются на сцене, словно материализуясь из снов Платонова. Появляются и исчезают в никуда его первая и единственная любовь Анастасия, мама, друг из гимназии Сева. Возникает и маленький мальчик в кожаном шлеме авиатора с бумажным змеем в руках. Так впервые в спектакле появляется образ авиатора, которым мечтал стать главный герой. Авиатор в 1910-х – профессия будущего. Будущего, которого у Платонова не случилось. Главная потребность для него сегодня – со всей полнотой чувств пережить события прошлого, вновь встретится с самим собой. 

Пространство памяти, в котором время течёт нелинейно, сценографическим решением (художник Александра Дашевская) объединено и вписано в интерьеры зрительного зала – по периметру он обвязан широкими лентами белой прозрачной ткани, будто паутиной. Больничная палата превращается то в прозрачный куб, то в квартиру Платоновых на Петроградской, то в камеру заключения, то в съёмочный павильон, где герой снимается в телевизионной рекламе. «Замороженные овощи, замороженные овощи», – бодро декламирует стоящий в клубах бутафорского морозильного пара Платонов, который не без самоиронии принял предложение поучаствовать в сьемках.

Единственным мостом, соединяющими прошлое и настоящее, становится даже не Анастасия (Екатерина Лисицына), внучка несостоявшейся невесты Платонова, а документальный фильм про Соловецкий лагерь, который врач, профессор Гейгер, Платонов и Анастасия смотрят вместе. Документальная черно-белая хроника об истории репрессий без купюр становится тем, что по-настоящему соединяет прошлое и настоящее. 
Вообще 1990-е в спектакле, в отличие от романа, едва обозначены, и это лишний раз доказывает нежелание авторов не делать акцент на бытовых приметах времени. Спектакль выстроен, как эмоциональное повествование, аналогичное работе памяти, с озарениями и вспышками воспоминаний. 

Образ авиатора воплощает идею своеобразного путешествия во времени, а спектакль в целом является размышлением о том, что отношения человека с собственной памятью важнее обстоятельств. Ведь никто не выбирает время, на которое приходится его жизнь. 

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • «Саломея». Премьера в Театре им. Вахтангова. Фоторепортаж

    Пятнадцатая премьера сезона в Театре Вахтангова – «Саломея» по пьесе Оскара Уайльда в постановке ученицы Римаса Туминаса Гульназ Балпеисовой. В основе трагедии история Саломеи – персонажа Нового Завета. ...
  • «Не правда, что на войне не страшно»

    9 мая в Мастерской Фоменко прозвучали дневниковые записи и фрагменты интервью Владимира Этуша, Петра Фоменко, Юрия Никулина, Петра Тодоровского, Иннокентия Смоктуновского, Владимира Басова, Анатолия Папанова, Зиновия Гердта и Георгия Юматова. ...
  • «Моими глазами». Премьера ко Дню Победы. Фоторепортаж

    8 и 9 мая в Театре Наций покажут спектакль-посвящения Дню Победы «Моими глазами». Это монологи о Великой Отечественной войне от лица самых разных героев: автора спектакля, Дмитрия Сердюка, 11-летнего мальчика, легендарной балерины Ольги Лепешинской, новобранца, юного скрипача, ленинградских блокадников и матери Виктора Штрума из романа Василия Гроссмана «Жизнь и судьба», а также народного артиста Авангарда Леонтьева. ...
  • «Мёртвые души». Премьера в Театре Вахтангова. Фоторепортаж

    В Театре Вахтангова проходят премьерные показы спектакля «Мёртвые души» (Галопад в двух действиях). Гоголевскую поэму режиссер Владимир Иванов и режиссер по пластике Сергей Землянский поставили на двоих – все образы и маски примеряют на себя Мария Аронова и Владислав Гандрабура. ...
Читайте также