Швеция. «Меньше стали изучать русский язык»

 

Журнал «Театрал» продолжает следить за тем, как живут русские театры за рубежом. Сегодня наш собеседник – режиссёр Яков Клебанов, основатель театра «Русская сцена» в Швеции, в городе Гётеборге. Артисты здесь играют на русском языке, для русскоязычной публики и продолжают собирать аншлаги, несмотря на то, что «связи c Россией ослабевают или пропадают вовсе». 

– Я родился в Ленинграде. Семья никакого отношения к театру не имела. Папа инженер, мама, поскольку в семье подрастало трое детей, домохозяйка. В театральную студию пошёл за компанию с приятелем. Располагалась она в бывшем Юсуповском дворце, который в советское время назывался простенько и со вкусом «Дом учителя». Золотая лепнина, картины, роскошный домашний театр на 180 мест, в котором выступали композиторы Даргомыжский, Глинка, Лист, Берлиоз, пели Шаляпин, Виардо. Мы мальчишки и девчонки не понимали всей значимости этого места, главным для нас было то, что нашим коллективом руководил гениальный педагог и режиссёр Матвей Григорьевич Дубровин. Это он придумал и создал в 1956 году Театр Юношеского Творчества (ТЮТ). Он работал с подростками, многие из которых становились в дальнейшем известными деятелями театра. Его учениками были В.Фильштинский, Л.Додин, С.Соловьёв, В.Ильичёв, Б.Смолкин, А.Галибин, А.Краско и многие другие. Теперь ТЮТом уже больше сорока лет руководит тоже его ученик Е.Сазонов. Я провёл с Дубровиным пятнадцать замечательных лет, пока не женился и не переехал в Москву, где мне опять несказанно повезло, потому что я поступил в Щукинское училище на режиссёрский факультет к Борису Евгеньевичу Захаве.

– После окончания вам не предлагали остаться работать в Вахтанговском театре?
– По-моему, из нашего выпуска никому не предлагали. Мы все уже работали. Ведь факультет наш был заочным. В Доме культуры им. Русакова (творение архитектора Мельникова) была театральная студия, и я стал её руководителем. Там же я поставил свой дипломный спектакль «Поезд дальнего следования» по пьесе Р.Каца и Е.Сазонова. У нас была связь с ТХТУ (театральное художественное техническое училище). Будущие художники по свету, звуковики, декораторы, бутафоры, костюмеры оттачивали на нас своё мастерство, помогая в оформлении спектаклей, защищая свои курсовые и дипломные работы.

Мне всегда было интересно наблюдать, как работают крупнейшие мастера режиссуры, перенимать их опыт, учиться у них. И мне еще раз посчастливилось: удалось получить у них разрешение на посещение их репетиций. Это были М.Кнебель, А.Гончаров, А.Эфрос, Ю.Любимов.

Как-то в Театре на Таганке ко мне подошёл артист Валерий Иванов и предложил поработать с ним как с актёром-чтецом. В результате мы сделали четыре успешных программы: «Мальчики» по роману Достоевского «Братья Карамазовы», «Белинский читает «Бориса Годунова» Пушкина», драматическая поэма «Пугачев» Есенина и композиция «Сейчас или никогда» апрель – октябрь 1917 года».

– В Швеции вы как оказались?
– Сначала в 1991 году уехал наш сын Сэм Клебанов, а затем уже и мы с женой переехали в город Гётеборг. Новая жизнь, знакомства, связи. И здесь случай (опять случай!) свёл нас с прекрасным педагогом, преподавателем русского языка на кафедре славянских языков Гетеборгского университета Светланой Польской. Она попросила меня прочитать лекцию студентам об истории русского театра. После этого возникла идея о создании театра на русском языке, где шведы, играя на сцене, быстрее и легче осваивали бы разговорную русскую речь. Эту идею горячо поддержал префект факультета Улоф Паулссон. Мы объявили набор. Пришло тринадцать человек. Но как только началась работа над спектаклем, чисто прагматичные задачи тут же отошли на второй план. У театра своя эстетика, свои цели. Мы стали добиваться, чтобы наш даже первый спектакль представлял собой серьёзную художественную ценность. Думается, нам это удалось.

– Для премьеры какую вы выбрали пьесу?
– Первый спектакль назывался «Две классические миниатюры» и состоял из двух пьес: «Моцарт и Сальери» А.С. Пушкина и «Медведь» Чехова. Стали думать, о названии коллектива, и я предложил «Русская сцена». Было это в 1994 году, и мы считаем это годом рождения нашего театра.

– У театра есть своя сцена или вы арендуете помещение для выступлений?
– В первые годы мы играли на разных площадках, арендовали, иногда получали их бесплатно. А потом нашей основной сценой на долгое время стала сцена кукольного театра «Буратино», который основали и много лет вели Наталья и Альф Мувиц. Потом, к сожалению, хозяева этого здания жена и муж, один за другим ушли из жизни, мы стали искать новое место и нашли. Есть в Швеции такая организация, которая называется Студиефёрбундет (Studieförbundet) и переводится как «Образовательное учреждение для взрослых». Нас там приняли очень охотно, предоставили помещение для репетиций и зрительный зал на 55 мест. Поскольку зрителей у нас подчас бывает больше, устанавливаем ещё два-три ряда стульев и можем принимать до 100 человек. К сожалению, играть часто мы не можем, потому что на этот зал есть, кроме нас, желающие. Там проводится много разных мероприятий. Так что наш куратор Валентина Носова, которая с нами работает, на несколько месяцев вперёд планирует наши выступления.

– Первыми артистами были студенты – шведы. Кого вы сейчас принимаете в труппу?
– У нас принцип такой: любой человек, который приходит и говорит: «Я хочу», становится нашим артистом. Мы не устраиваем кастинги, не выясняем обладает ли человек актёрскими способностями, главное, чтобы он хотел этим заниматься. Был случай, когда к нам пришёл парень, поработал год, а потом сказал: «Вы знаете это не моё» и ушёл.

Был период в жизни нашего театра, когда на сцену выходили только профессионалы. Ирина Валуева – актриса и режиссёр, Анелия Кадиева Йонсон – тоже актриса и режиссер, Андрея Бергер училась в театральном в Петербурге, Ян Славик – закончил академию художеств в Праге, Хорхе Сальгадо из Чили – режиссёр и актёр. Сейчас у нас много людей разных профессий: Лиза Беринова – тренер по плаванью, Аня Четверикова – экономист, Оксана Улафссон – зубной врач, Володя Тимченко – строитель, Дима Макаров – учится в гимназии.

– Вам приходится обучать их актёрскому мастерству?
– Специальных занятий по мастерству нет, всё происходит в ходе репетиций, которые бывают по определённым дням, но о времени приходится договариваться заранее, потому что Дима учится в гимназии, Ира Скрыль в университете, и поскольку здесь несколько иная система сдачи экзаменов, нет единой сессии для всех и во всех ВУЗах, то студент может прийти и сказать, что завтра у него экзамен по химии или сдача проекта, и это может быть посредине года, а те, кто работают, могут задержаться на службе, так что иногда приходится менять время репетиции или день. Но мы с этим справляемся.

– Как формируется репертуар, подбираете ли вы материал под актёра или на выбор влияет интересный автор?
– Мы выбираем в основном под актёров, потому что народ приходит разный. Конечно, мы стараемся выбрать такие пьесы, которые были бы интересны, но важно, чтобы они были по силам нашим артистам. Одно дело, когда в спектакле «Игра для мамы» были только профессионалы и совсем другое, когда приходят люди абсолютно неопытные, им сыграть большой спектакль, с большим количеством текста, с долгим пребыванием на сцене – сразу сложно, поэтому мы для них стараемся выбирать пьесы одноактные. Спектакль «Дамский мир» состоял из пяти одноактных пьес, в постановку «Шампанского! Шампанского!» вошли три чеховские пьесы «Предложение», «Медведь» и «Юбилей».

Не забывали мы и о детях. Были у нас для них два музыкальных спектакля: «Радость» по произведениям Чуковского и «Прогулка с сюрпризом» по стихам Маршака. В нём мы под занавес загадывали детям загадки и вручали призы. Последней по времени премьерой у нас был спектакль «Если сначала» по пьесе Эрика Эмманюэля Шмитта. Не мне давать оценку этой работе, но слёзы на глазах у зрителей, особенно женщин, были. Сейчас мы репетируем сразу три пьесы: две одноактные – «Как он лгал её мужу» Бернарда Шоу и «Опасно, но не смертельно» Эдуардо де Филиппо. Третья пьеса – это «Восемь любящих женщин» Робера Тома.

– За свет, звук, художественное оформление, костюмы отвечают приглашённые специалисты?
– Нет, мы всё делаем сами. Все обязанности распределены между артистами: кто-то отвечает за свет, кто-то за звук, кому-то доверен грим, кому-то костюмы, а кому-то продажа билетов. Но особенно хочется выделить одного человека. Его зовут Вячеслав Туровский. Он уже очень много лет с нами. Он у нас не сыграл ни одной роли, не поставил ни одного спектакля, хотя он и профессиональный режиссёр. Но он компьютерный гений, прекрасный фотограф и кинооператор. Львиная доля фотографий и видеороликов наших спектаклей – это его рук дело. Без него звуковое и музыкальное оформление наших постановок выглядело бы совсем по-другому.

– Долго ли вы можете играть спектакль?
– Здесь в Гётеборге не так много русскоязычного населения. «Шампанского! Шампанского!» мы сыграли 12 раз. В основном играем спектакль 6-7раз. Есть ещё один аспект. Среди артистов есть студенты, которые заканчивают учёбу и разъезжаются. Люди находят работу в другом городе или в другой стране и уезжают. А один год у нас был особенно «урожайный». Три наши артистки родили четырёх девочек (у одной была двойня).

– Кто ваш зритель, кто приходит на ваши спектакли?
– В основном приходят те, кто понимает русский язык, но бывают и те, кто русского не знают. После спектакля говорят: «Я ничего не понял, но было интересно». Возраст самый разный – и очень пожилые бывают, и молодёжь.

На детские спектакли приходят родители с русскоговорящими детьми. Русский язык в семьях поддерживается. Моей внучке исполнилось семь лет. Дома она говорит только по-русски, а в школе по-шведски. Все дети, которые приехали в Швецию из других стран – двуязычные.

– Помогает вам кто-нибудь финансово?
– Никто. С самого начала мы ни к кому за помощью не обращались, ни у кого денег не просили. Начали зарабатывать сами, так и повелось. Принципиально, у нас артисты денег не получают, в том числе и я. Мы продаём билеты. Билет стоит 150 крон (1317рублей). Вся выручка идёт на оформление спектаклей, на покупку аппаратуры, осветительных приборов, даже швейную машинку приобрели и сами подгоняли под себя костюмы, а также на оплату гастрольных поездок.

– Гастроли добавляют театру популярности. О нём узнают за пределами города, в котором театр находиться. Вывозите ли вы свои спектакли?

– Конечно, добавляют. Всегда приятно, когда о тебе знает, как можно больше народа, особенно с хорошей стороны. Гастролями мы стали заниматься с самого начала. Первый раз поехали в Стокгольм, причём, нам обещали оплатить 50% стоимости билетов за дорогу, но народу было столько, что нам оплатили все 100%. Потом мы узнали, что в Берлине тоже есть театр, в котором играют студенты, изучающие русский язык. Они приехали к нам. Мы дали совместный спектакль под девизом «Встреча трёх культур» – русской, немецкой и шведской. Потом мы сами поехали в Германию и играли там в Гамбурге и Берлине. Поскольку я и моя жена из Ленинграда, там остались друзья, которые любезно предоставили нам свои площадки, и мы два раза побывали на гастролях теперь уже в Санкт-Петербурге.

Мы были участниками фестиваля «Вильнюсская весна». Наша артистка Лена Конова получила там диплом за лучшую женскую роль, а Пер-Улоф Андерссон и Йокум Бекман дипломы за лучшие мужские роли («со шведским акцентом») в спектакле по пьесе Чехова «Предложение». Ездили ещё раз в Берлин и в Стокгольм.

– Судя по тому, что вы рассказываете вы довольно успешны, а есть что-то, что вас беспокоит?
– У нас закончилась связь с университетом, потому что сейчас, к сожалению, меньше народа стало изучать русский язык. Когда я в первый раз пришёл туда в 1992 году и выступал перед ними, был полный лекционный зал – двести человек. Последний раз, когда мы были в Университете, на этот факультет поступило шесть человек.

– Это связано с политикой или падает интерес к русской культуре?
– Когда мы приехали, были большие надежды на связь с Россией, а сейчас эти связи ослабевают или пропадают вовсе. У нас был знакомый инженер, который работал на подшипниковом заводе и изучал русский язык. Он говорил: «Я приеду в Россию и буду понимать, что наши партнёры говорят между собой». А сейчас связи между странами рвутся, и необходимость в русском языке тоже отпадает.

– Что значит руководить русским театром за рубежом?
– Я не вижу особой разницы. В Ленинграде я поставил спектакль «Друг мой Колька», потом ставил спектакли в Москве, теперь в Гётеборге. Люди есть люди. Одни приходят, потому что хотят попробовать свои силы на сцене, а другие приходят, потому что хотят посмотреть на эту работу. В данной ситуации разница лишь в том, что сейчас никто нам не указывает, что нам ставить, никто в нашу работу не вмешивается. Цензуры нет, если спрашивают, что мы хотим делать, то только из любопытства.

Мы работаем, показываем спектакли, вы приходите, смотрите, аплодируете и уходите в хорошем настроении, а кое-кто делится своими впечатлениями. У нас есть своя страница в Facebook. Заходите, смотрите, читайте, мы вам рады.

  • Нравится



Самое читаемое

  • Скончался актер и музыкант Петр Деметр

    В Москве скончался заслуженный артист России Петр Деметр. Он был актером цыганского театра «Ромэн», много выступал с концертами, вел программу о цыганской культуре на телевидении. Ему было 79 лет, сообщает «Эхо Москвы» со ссылкой на информацию от друзей артиста. ...
  • Миронов и Хаматова снимутся в сериале «Горбачёв»

    Евгений Миронов и Чулпан Хаматова сыграют главные роли в многосерийном фильме «Горбачев», съемки которого онлайн-кинотеатр ivi запустит в следующем, 2022 году. 20-серийная историческая драма о первом президенте СССР Михаиле Горбачеве и его жене будет сниматься в Ставрополе, Москве, Рейкьявике, Вашингтоне, Берлине и Лондоне. ...
  • Принят закон о бесплатном втором высшем образовании в области искусств

    Сегодня, 9 июня, Госдума в заключительном чтении приняла законопроект о праве граждан, имеющих высшее образование, бесплатно получать второе или последующее высшее образование.      Так, в законе появится возможность для имеющих высшее образование получать на конкурсной основе второе или последующее высшее образование за счет средств федерального бюджета по образовательным программам в области искусств. ...
  • Сезон выдающихся актерских работ

    По традиции, летом «Театрал» попросил экспертов выделить главные направления минувшего сезона: 1. Удачи; 2. Разочарования; 3. Тенденции. Сегодня – слово театральному критику Павлу Рудневу.  Удачи сезона В этом московском сезоне можно говорить о выдающих актерских работах. ...
Читайте также


Читайте также

  • Швеция. «Меньше стали изучать русский язык»

    Журнал «Театрал» продолжает следить за тем, как живут русские театры за рубежом. Сегодня наш собеседник – режиссёр Яков Клебанов, основатель театра «Русская сцена» в Швеции, в городе Гётеборге. Артисты здесь играют на русском языке, для русскоязычной публики и продолжают собирать аншлаги, несмотря на то, что «связи c Россией ослабевают или пропадают вовсе». ...
  • Минкульт РФ расширит поддержку русских театров за рубежом

    На заседании правления Ассоциации деятелей русских театров зарубежья замминистра культуры России Алла Манилова рассказала о планах Минкультуры РФ по расширению объемов и направлений поддержки русскоязычных театров зарубежья. ...
  • «Со мной случился человек»

    Инклюзивную биографическую постановку «Бабушка» представили 23 апреля на неделе русского театра в Мадриде. Спектакль создан в рамках международного социального проекта «Со мной случился человек». Режиссер и руководитель проекта Анастасия Христова рассказала «Театралу» про особенности премьеры и о том, сложно ли создать театр в Испании. ...
  • «Мир русского театра» готовится к встрече

    В нынешнем году «Театрал» планирует провести очередной Международный фестиваль театров русского зарубежья, который на сей раз состоится в Париже (в прежние годы были Монтекатини и Берлин). Сейчас дирекция формирует афишу, в которую войдут работы восьми русскоязычных коллективов. ...
Читайте также