«Они нас не слышат»

Почему российскому театру сложно выстраивать диалог с властью

 

Взаимоотношения театра и власти никогда не отличались простотой и легкостью. Однако в последнее время эксперты заговорили о глубоком кризисе в этих отношениях. С одной стороны, властям приходится все чаще разбирать актерские бунты и околотеатральные скандалы; с другой – сама власть принимает новые законы, заставляя худруков в корне менять принципы правления, а главным образом, превращать театр в коммерчески выгодное предприятие. Между этими направляющими векторами скрывается и множество локальных проблем. О том, как театры находят язык с властью, рассуждают гости этого номера.
Владислав Любый, директор Российского молодежного театра (РАМТ):

– Сейчас мы находимся на зачаточном уровне развития государства. Мы – такие, власть – такая. Как в анекдоте про борщ: «Хотите вчерашний борщ? – Хочу. – Приходите завтра». Сегодня есть только сегодняшний борщ. Хотите другую власть – через 30 лет приходите. И мы будем другие, и власть будет другая, и гражданское общество будет другое. А жить и работать надо сейчас. Но сегодня, как и раньше, диалог театра и власти ведется в режиме окопной психологии. Позиция театрального деятеля непримирима: «Они нам должны, они нас не понимают, они нас не слышат, они нас ни во что не ставят». Такое поведение давно не соответствует стилю времени. Но люди так живут! В вечном нытье, но при этом не затрудняются сформулировать свои предложения для сотрудничества с властью. Недавно прошел Всероссийский театральный форум. Когда на сцену выходит чиновник и зал его захлопывает, о каком диалоге может идти речь? В диалоге важно разрушить барьеры между тобой и собеседником. Здесь же тактика была противоположной – обозначить «редуты», «окопы» и из них вести «артиллерийский обстрел». Давайте на минуточку вспомним, что современный театр – это не только художник. Какова роль театрального менеджера? Какую позицию должен занимать он? Тон моих рассуждений – не против художников. Только художник (не менеджер!) построит настоящий театр. Но художник должен быть адекватен времени и ситуации, а просвещенный менеджер должен помочь художнику, стать его опорой. И вот менеджер уж никак не может быть в оппозиции власти. Только в поиске сотрудничества. Иными словами, театральным деятелям выгодно выходить на диалог. Но система сложилась так, что власть действительно глуха. Не от природы, просто у нее эволюционно слуховой аппарат еще не развит. Но и мы немы для власти, поскольку не хотим уважать власть, не хотим учиться говорить на понятном ей языке.

– Как вы строите с ней диалог?

– На абсолютном доверии. Через сотрудничество. Сейчас все решения рождаются и проводятся вне общественного и профессионального обсуждения. Причины понятны: откройте какой-либо вопрос для широкого обсуждения, и вы создадите ад болтологии и противоречий. Таким способом ни одной проблемы не решить. Я предпочитаю иной путь – создание рабочих групп. В каждой сфере деятельности есть круг компетентных профессионалов. Не нужно общественных обсуждений, но создайте группу из представителей нескольких сторон, проведите экспертизу. И тогда будет налаживаться рабочий, результативный диалог.

– Давайте приведем конкретные примеры. В этом году указом президента театры освобождены, наконец, от необходимости проводить тендеры для постановок в рамках 94-го ФЗ. Ваш театр выиграл от этого?

– Да, как и любой другой театр страны. Власть хочет до винтика все знать и регулировать – это нормальное эволюционное состояние неразвитого молодого государства. От полного организационного хаоса, который был при Ельцине, синусоида качнулась в противоположную сторону: государство стало контролировать каждый шаг, каждую копейку. И это главный признак незрелости власти. Зачем 94-й ФЗ нужен вообще? Вынесем за скобки борьбу с коррупцией – уже доказано, что такой коррупционный фон, который создал этот закон, надо было еще постараться создать. Лоббисты этого закона говорили о благородных целях: что это эффективная экономия. Но вот пример. Главный принцип 94-го ФЗ при выборе поставщика – цена, а критерий качества низведен к минимуму. У меня нет права купить лампочку за 15 рублей, только за 3 рубля. Никто не считает, что в течение года трехрублевые лампочки придется менять десять раз. А 15-рублевая год будет работать. Так давайте по итогам года посчитаем, что эффективнее. Почему государство поддерживает именно производителя некачественных, но дешевых лампочек? Да, можно построить мост дешево. Но какими силами, какими деньгами через 10 лет этот мост перестраивать?



Вадим Зайцев, директор Драматического театра имени Комиссаржевской, Санкт-Петербург:

– Помогает ли городская власть театру?

– Конечно, помогает. Например, года два назад местные бизнесмены хотели отобрать театр (мы ведь находимся в «Пассаже» – в самом центре города). Но мы почувствовали, насколько хорошо защищены. Наш театр – городская собственность, и не случайно в эту историю вмешалась губернатор. И бизнесмены отступили. Правда, они говорили потом, что их идею не так поняли… Власть обеспечивает и финансовую сторону нашего театра, без которой ни один репертуарный театр существовать не сможет.

– Не откроете тайну: какую часть расходов берет на себя городской бюджет?

– Половину. Эти деньги идут на оплату коммунальных платежей, зарплату, новые постановки и ремонт.

– А как вы зарабатываете остальные пятьдесят процентов?

– Продаем билеты. Это главное.

– Сегодня чиновники призывают работников культуры зарабатывать деньги самим, становиться прибыльными.

– Смотря о какой выгоде идет речь: если о рублевой, то это неправильный подход. Разумные люди с такой точкой зрения не могут подходить к пространству культуры.

– Но ведь чиновники ставят вопрос именно так: учреждения культуры должны зарабатывать.

– А вот ЧТО зарабатывать? Тот самый человеческий дух и надо зарабатывать! С коммерческой точки зрения существование театра действительно невыгодно. До сих пор обсуждается 94-й закон о расходовании бюджетных средств. На самом деле он направлен на экономию, и это, в принципе, правильно. Но говорить об экономии в культуре бессмысленно, и вот почему: предположим, в комитете по культуре есть миллион долларов, их нужно потратить на театральный проект. Это поручают, допустим, менеджеру Зайцеву. Он потратил на проект всего шестьсот тысяч и сэкономил четыреста… Молодец? Нет! Потому что менеджер Зайцев и собранный им творческий коллектив недовыполнили задачу ровно на четыреста тысяч…Таким образом, проект мог быть лучше, интереснее, красивее, мощнее на четыреста тысяч… Во всем, что касается художественного творчества или, скажем, науки, никакой речи об экономии быть не может. Здесь можно и должно говорить только об эффективном использовании средств.

– Если вашему театру власти помогают, значит, понимают вас?

– Мне кажется, что на культуру средств тратится недостаточно. Вот, к примеру, реформа органов внутренних дел ясна, и можно понять, почему молодой лейтенант должен получать сорок тысяч. Но почему уникально талантливые люди, которые прошли огромный конкурс в театральных вузах, любящие свою работу, должны получать унизительные зарплаты?

– Какая, по-вашему, должна быть зарплата у молодых артистов?

– Не назову сумму, но, наверное, не меньше, чем у лейтенанта полиции. Артист должен получать такие деньги, которые давали бы ему возможность заниматься своим делом и не искать приработки в других местах.

– Если государство помогает театрам, то и они что-то должны ему взамен. А что? Послушность?

– К счастью, нам никто ничего не рекомендует и не приказывает, что делать и какие спектакли ставить. Никакой цензуры нет. И я бы очень хотел, чтобы эта система не менялась. Другое дело, что в этом есть некая сложность. Когда существовала цензура в советское время, то был такой критерий: чем дальше мы «прыгнем» от запретного, тем больше будем иметь отношение к искусству. Этим принципом пользовались многие. Когда запреты сняли, то оказалось, что «прыгать» надо не от запретного, а от истинного. Чем сейчас можно заинтересовать зрителя? В театре должны быть художники с «большим ухом» на сегодняшнее время, на изменившуюся жизнь.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

Читайте также