История упущенных возможностей, или Без жанра

Марина Дмитревская о ситуации в БДТ

 

Если определяться с жанрами, то уход с поста худрука БДТ имени Товстоногова Темура Чхеидзе не кажется мне явлением драматическим. В нем нет интриги, способной сделать сюжет, нет сильных эмоций. В нем есть драма жизни, ее течение. И горечь. «Две правды, папаша!» — вздымала руки Эмма Попова в товстоноговских «Мещанах». Не знаю, две или несколько, но точно не одна.
Товстоногов никогда не был еретиком — ни театральным, ни тем более идеологическим. Сила и талантливая живучесть его искусства, позволившая ему тридцать лет сохранять и вести театр, коренилась в гибкой подвластности времени. Он был адекватен каждой эпохе, в которую жил, а жил он в разные десятилетия. В этом была его сила. Менялось время — менялся Товстоногов. Спектакль «Из искры» так же был вписан в координаты своего времени, как «Пять вечеров» — своего, «Горе от ума» — своего и «Перечитывая заново» — тоже своего. Другие художники выпадали из времени, отставали или забегали вперед, конфликтовали с эпохой, он — нет. И поэтому естественно, что еще в середине 70-х настал спад. Возрастной, но и временной. Оттепель предопределила взлет. Застой 70-х — постепенное угасание.

БДТ угасал еще при Товстоногове. Собственно, мое поколение как раз и застало это угасание. Рубежом стала «История лошади» — великий спектакль, поэтика которого не была укоренена в прошлых товстоноговских работах, не проросла и в последующие. Это был случай, «Лошадь» стала последним потрясением, чувство восторга и ликования в 70-80-е ушло уже в другие пространство: оно рождалось в духоте старой Таганки, на спектаклях Малой Бронной. В Москву, в Москву!

В Москву уезжали самые любимые. Мы не простили БДТ потери Сергея Юрского-режиссера, ибо его «Фантазии Фарятьева» были еретически-вдохновенным спектаклем, где боль мешалась с иронией, а гротесковый смех стоял в горле восторженно-трагическим спазмом. Как эпохой БДТ стал когда-то обморок Чацкого в финале «Горя от ума», так ею же стала для многих странная припрыгивающая проходка Фарятьева по кругу Малой сцены с цветком в руке… Юрский уехал. И не только он. Крупные фотографии «эмигрантов» исчезали со стен музея театра. Словно не играли здесь долго Татьяна Доронина, Наталья Тенякова, Олег Борисов… БДТ не прощал измен, а мы ему — отторжения многочисленных талантливых учеников Товстоногова, и, напротив, прижившегося в БДТ Г. Егорова с его завальными спектаклями, творчески немощного Ю. Аксенова (позже этот ряд продолжили безликий Н. Пинигин, никакой А. Максимов). Мы, молодые, не прощали БДТ многого, в том числе тезиса Товстоногова о том, что его театр умрет вместе с ним.

По его логике, майским днем 1989 года БДТ должен был умереть.

Если бы Товстоногов оставил театр на взлете — это был бы особый сюжет. Он оставил его другим, и странно было бы, чтобы из затухающей искры последних товстоноговских сезонов вдруг разгорелось бы неистовое художественное пламя. Предстояло скорее просто поддерживать огонь в очаге.

Этим и занимался Кирилл Лавров. Этим и помогал ему заниматься Темур Чхеидзе.
Что Чхеидзе уйдет, было понятно давно. Собственно, все 20 лет он уходил, не хотел брать на себя театр, а Лавров уговаривал его остаться. Много раз Кирилл Юрьевич говорил, что должен передать театр в режиссерские руки, что, встретив на том свете Товстоногова, обязан отрапортовать ему: сдал. Уговаривал Чхеидзе, тот тянул, Лавров надеялся на Григория Дитятковского, пробовал Григория Козлова... При этом представьте, что в БДТ есть еще худсовет! «Я иду на разговор с моей Беттиной», — мрачно сообщал Кирилл Юрьевич перед очередным заседанием. (Беттина — дочка Маттиаса Клаузена из пьесы «Перед заходом солнца», загубившая отца своего). Но не держать худсовет Лавров не мог — полноправным художественным лидером себя не считал. И пуще смерти боялся, что худруком станет кто-то из актеров, и себя на этой должности не любил, и должностью этой он, веселый и смешливый от природы, тяготился.

Он искал режиссера и очень боялся остаться без Чхеидзе, найденного в самом начале. Они все боялись, что однажды тот не вернется (он постоянно улетал, потому что не мог жить без Грузии). В какой-то сложный момент Лавров даже вылетел в Тбилиси, чтобы вернуть Темура, уговорить. Помню, еще в середине 90-х, когда о спектакле Чхеидзе «Призраки» по Эдуардо Де Филиппо в «Вечерке» вышла резкая статья, и он «завис» в Тбилиси, мне, совершенно независимому критику, более того, с ярлыком «врага БДТ», внезапно позвонила легендарный завлит БДТ Дина Шварц, симпатий ко мне явно тогда не питавшая: «Как вам спектакль?» Спектакль не казался мне провалом, он даже был некой лирической историей, но лишенной энергии, и фиксировал первый творческий спад Чхеидзе после взлета «Коварства и любви» и стабильного успеха «Салемских колдуний» и «Любви под вязами». «Вы можете написать хоть что-то? Иначе он не вернется…», — упавшим голосом произнесла железная Дина Морисовна, на удивление спокойно услышав от меня про «закономерное истощение и кризис». — «Когда нужно?» — «В течение часа».
— «Часа?!» — «Да. У Темура билет на завтра, но он хочет его сдавать. В “Санкт-Петербургских ведомостях” есть место, через час к вам заедет курьер и заберет текст в типографию». Клянусь, это был единственный раз во всей моей профессиональной жизни, когда я вступила в союз с театром. Не погрешила против профессии, но мне тогда передался их страх: а ну как не приедет?..

Могу предположить: Чхеидзе понимал, что БДТ находится в «периоде дожития». «Мы все должны умереть, только тогда здесь начнется что-то новое», — услышала я очень давно от одного из тамошних «великих». Сил на революцию у него не было, тем более что он не революционер по природе.

Он никогда не клялся положить на БДТ жизнь. Он принял театр только тогда, когда Лавров серьезно заболел, в 2007 году. Конечно, делать что-то новое в театре, где много лет все крестятся на портреты Товстоногова, было трудно. Но попытки Чхеидзе позвать кого-то молодого оказались робкими и «погоды на завтра» не определили. Знаю о нескольких репертуарных предложениях, по поводу которых он заробел. Укоренить в театре Анатолия Праудина, чья «Дама с собачкой» удалась, а «Месяц в деревне» разыгрался не сразу, видимо, не захотелось, спектакли Дитятковского были неудачны, остальные… Вот поверите, в эту минуту мучительно вспоминала: а кто эти остальные?

Все эти годы ждали реконструкции основной сцены (как хотел Лавров успеть отремонтировать театр при жизни!) и ремонтировали Каменноостровский театр (на 80-летие Путин подарил его лично Кириллу Юрьевичу, а тот сразу передал БДТ и тоже торопился сделать ремонт при жизни). Ремонт шел криминально, строители разворовали не одну «каменноостровскую» смету. Но, так или иначе, возникла площадка, на которой можно было начинать производство того нового вина, которое нальют потом в старые мехи.

Мне вообще много лет казалось, что БДТ может развиваться только студиями. Грешным делом, даже советовала кого-то. Но ни Козлов с «преступленцами», ни Дитятковский с курсом, воспитывавшимся при театре, студиями не стали. Раз за разом театр упускал моменты, когда обновление было возможно, близко. Это вообще какая-то история упущенных возможностей. Упущенных по инерции, вялости.  Или по чему-то еще?

Никто никогда не сомневался в интеллигентности и благородстве Чхеидзе, но за последние годы в театре развалились все цеха, из легендарной постановочной части ушли последние «спецы». А цеха ведь были гордостью Товстоногова и памятью о нем. Плюс плохо укомплектованная труппа с амбициями, отсутствие художественной программы. 

Когда начался ремонт в здании на Фонтанке, сразу заговорили о катастрофе. За несколько лет до этого, обновляя малую сцену, не учли, что театр стоит на сваях, закачали в правое крыло сколько-то лишних десятков тонн металлоконструкций — и здание дало крен. Теперь — трещина за трещиной. И когда театр вернется домой — неясно.

Да, Чхеидзе не обещал отдать БДТ свою жизнь. Он хочет домой. И я по-человечески отлично понимаю его: он немолод и устал, а в Грузии начинается новая жизнь, там семья и солнце. Но ведь он не сегодня принял такое решение, он понимал, что уйдет и три года назад. И спроси меня тогда, я бы точно сказала: БДТ может возглавить Миндаугас Карбаускис. Что-то неуловимо совпадает в его искусстве с Петербургом по ритму, колориту. Будь я Темуром Чхеидзе, я бы написала заявление об уходе три года назад, уговорив этого ученика Петра Фоменко. Опять упущенная возможность…

Но Чхеидзе никак не подготовил свой уход. Не дождался въезда театра в свой дом. Не устроил сезон «смотрин», чтобы дать театру хоть один творческий манок. Теперь он покидает БДТ в таком плачевном состоянии, что слухи про потенциальных худруков вроде Хабенского или Депардье не всем кажутся анекдотом…

Картина горестная, тем более, что у театра еще полно амбиций пожилой «разборчивой невесты»: их не устроит нынче ни Праудин, ни Тростянецкий, ни Марчелли… Новому худруку не позавидуешь. И когда Чхеидзе заявляет, что уходит, потому что в здание на Фонтанке театр должен вернуться с новым лидером — это лукавство. Он покидает «Титаник», который едва держится на плаву, а в общем, уже частично затоплен.

Кто может спасти БДТ сейчас? Да никто. Надо садиться, вырабатывать внятную программу реабилитации и уже ничего не бояться. Когда в БДТ назначали Товстоногова,  труппу не спрашивали. И, как известно, было много слез и драм, но и результат оказался впечатляющим.

До некоторой степени ситуация напоминает то самое время — перед приходом Товстоногова, когда на вход работала только одна дверь театра, пропускавшая тонкую струйку зрителей. Вот и сегодня тропа в БДТ заросла…

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Выпускники Карбаускиса сыграют премьеру в Маяковке

    29 сентября в Театре Маяковского сыграют первую премьеру сезона – постановку Никиты Кобелева «Обыкновенная история» по роману Ивана Гончарова. В дипломном спектакле заняты выпускники Мастерской Миндаугаса Карбаускиса в ГИТИСе, закончившие свое обучение минувшим летом. ...
  • Богомолов сочинил сатиру на столичную богему

    10 и 11 октября в Театре Наций покажут новый спектакль Константина Богомолова «На всякого мудреца». Оттолкнувшись от пьесы Александра Островского «На всякого мудреца довольно простоты», режиссер сочинили едкую сатиру на жизнь сегодняшней российской элиты. ...
  • Фестиваль «Маршак» объявил набор в «Школу театрального блогера»

    На детском театральном фестивале «Маршак», который пройдет в Воронеже с 22 октября по 8 ноября, запустят Всероссийский образовательный проект «Школа театрального блогера». Это программа для подростков 13-16 лет – продвинутых зрителей, которые уже пишут или хотят научиться писать о театре в блог. ...
  • Объявлены лауреаты «Книги года - 2021»

    Премия «Книга года» назвала лауреатов. Торжественная церемония награждения победителей конкурса прошла на Другой сцене театра «Современник» накануне открытия 34-й Московской международной книжной ярмарки. ...
Читайте также