Привет от Чарли

«Лондон Шоу» в «Сатириконе» напомнил о немом кино

 
В основу спектакля легла пьеса «Пигмалион», написанная Бернардом Шоу. А режиссер-постановщик Константин Райкин произвел над ней своеобразный эксперимент, переселив героев в Лондон эпохи немого кино.

«Киношные» эпизоды здесь весьма изобретательны и симпатичны. К тому же в них звучит всеми любимая музыка из фильмов Чарли Чаплина, веющая «атмосферным» ветерком. Да и сам хрестоматийный образ Чарли в спектакле обозначится не раз. Например, когда профессор Хиггинс (Артем Осипов играет эту роль в очередь с Максимом Авериным) окажется не в силах выразить свое смятение и растерянность, он на минуту превратится в такого чаплинского персонажа – с характерной семенящей походкой, тросточкой и в котелке. В качестве декораций сценограф Борис Валуев придумал огромные книжные шкафы, которые в нужный момент обернутся тыльной стороной и на них спроецируется то лондонский дождь, то сотни мельтешащих букв с транскрипциями их произношения. И немного титров – там же, поверх дождя.

Актеры в мерцающем свете «кинопроектора» безмолвно разыграют то «театральный разъезд», то обучение Элизы Дулитл хорошим манерам, то ее сновиденные фантазии. И сделают это столь замечательно, что поневоле возмечтаешь: развить бы эти эпизоды во времени и пространстве – и получится пластический спектакль, ничуть не уступающий вахтанговской «Анне Карениной» или «Даме с камелиями» в Пушкинском.

Впрочем, у Константина Райкина явно получается русская версия интеллектуальной и во многом назидательно-дидактичной пьесы Бернарда Шоу. А потому артистам приходится играть «поперек» текста или расцвечивать его иными интонациями, подчеркивая комизм ситуаций. Однако Райкину удалось выстроить все это так, чтобы подобные вещи не всегда выглядели инородными вставками. А финальный диалог Хигинса и Элизы (Елизавета Мартинес Карденас) так просто удался на славу. Совершенно «против течения» артисты сыграли иррациональную и сумасшедшую любовь, какой у Шоу не было и в помине. Сыграли страстно, чувственно, эмоционально – одним словом, с русским размахом.

Темнокожая Элиза – истинная дочь своего сценического «отца» Дулитла (Григорий Сиятвинда) – похожа здесь то на экзотический цветок, то на пугливого зверька. Зверек шипит, выпускает когти и весьма темпераментен в своих прыжках и пробежках. К тому же речь нынешней Элизы была изрядно подкорректирована современным сленгом – из него словечки «типа блин», «хрень» и «он, такой, говорит». Но какой контраст: прилежная ученица Хигинса прекрасно чувствует себя в роскошном белом платье, увешанная сценическими «бриллиантами». И уже готова дать фору «неблаговоспитанному» учителю, кладущему ноги на стол и не желающему вставать в присутствии дам. Елизавета Мартинес Карденас не играет плавность переходов из «природного» состояния в светскую изысканность. Она лихо перепрыгивает из одного в другое, словно раскачиваясь на гигантских качелях: вверх-вниз. Причем эта резкость переходов создает прекрасный комический эффект.

А взгляните на папашу Дулитла, которому режиссером было подсказано ужасно смешное «сквозное действие». Мусорщик-оборванец безостановочно чешется во всех местах, заражая этим сценических персонажей и едва ли не публику. Но, внезапно разбогатев и облачившись по такому случаю в «свадебный» смокинг, Дулитл по-прежнему дает волю рукам, бесконечно доставая из карманов разные предметы, полируя ногти, выдергивая волоски из бровей. Да, комичное возведено в степень, но на время своих появлений Сиятвинда явно становится «королем» сцены.

Константин Райкин подчеркивает, что делает свои спектакли для благодарных зрителей, а не для нудных и въедливых критиков, привыкших повсюду искать «блох», подобно папаше Дулитлу. Публика же, которой у «Сатирикона» много, в том числе и «своей», на спектаклях театра воспитанной, остается вполне довольна увиденным. Райкин умеет делать шоу, эмоциональное и зрелищное одновременно. А за театральными экспериментами, авангардом и социальностью надлежит отправляться в другие места.

Ирина Алпатова, Фото: Михаил Гутерман


Поделиться в социальных сетях:



Читайте также

  • Скончался актер и режиссер Юрий Горобец

    26 июня в возрасте 90 лет скончался народный артист России Юрий Васильевич Горобец. Об этом «Театралу» стало известно от дочери актера. «С нашим театром Юрия Васильевича связывают долгие годы работы – он был ведущим артистом труппы десять лет при Борисе Равенских, затем ещё семь – при Борисе Морозове,  – написали на сайте Театра им. ...
  • Итоги сезона: «Что будет дальше – не скажет никто»

    По традиции, летом «Театрал» попросил экспертов выделить главные направления минувшего сезона: 1. События, 2. Разочарования, 3. Тенденции. Сегодня – слово театральному критику Наталии Каминской.  События Событием стал фестиваль «Золотая маска». ...
  • Юрий Чурсин: «Актёрство – это постоянный огонь»

    После длительного разрыва с театром Юрий Чурсин вернулся в МХТ им. Чехова: в спектакль «Лес», который сделал молодого актера в 2005-м едва ли не главным героем театрального процесса, и на новые роли. Мы поговорили о премьере «Сирано де Бержерак», опальных поэтах и реабилитированных сегодня понятиях. ...
  • Итоги сезона: курс на историческую рефлексию

    По традиции, летом «Театрал» попросил экспертов выделить главные направления минувшего сезона: 1. События, 2. Разочарования, 3. Тенденции. Сегодня – слово театральному критику Марине Шимадиной.  Тенденции Начать стоит с тенденций. ...
Читайте также

Самое читаемое

Читайте также