Памяти Юрия Любимова

Великий русский режиссер скончался на 98-м году жизни

 

Его величие не требует доказательств. Среди немногих Любимов был первым. С его уходом, можно теперь твердо сказать: материк под названием «советский театр» ушел под воду.
Самое дорогое высказывание Любимова такое: «Поймите, – говорил он, – я не делал политического театра, это власть, конфликтовавшая со мной, сделала меня политическим художником. Я делал эстетический театр. Мне навязали борьбу с режимом». И это правда: он один, пришедший в режиссуру поздно, успешный артист, с благополучным прошлым (ансамбль НКВД), вычерчивает зигзаг в истории русского театра. Идет наперекор системе, возвращает русский театр в 1920-е: на площадь, в строго организованную массовку, в гражданственность, в нелирическую, неэлегическую поэтическую стихию, в буйство цвета, отделенного от предмета, вспоминает удушенную сталинизмом формалистическую традицию Мейерхольда, Таирова, Вахтангова.

Выживание стало главной темой Театра на Таганке. Это тема звучала везде – в деревенской прозе, «Деревянных конях» и «Живом», в «Гамлете» и «Добром человеке», «Матери» и «Пугачеве». Жить вопреки обстоятельствам. Жить, когда за тобой охотится роковой занавес, сметающий людей с тарелки истории как крошки. Жить, когда тебя, обнаженного по пояс, душат цепями и обкладывают плахами с топорами. Жить и быть готовым к подвигу, когда серый строй солдат в шинелях оттесняет тебя к заднику. Театр на Таганке утверждал «правильный» коммунизм, коммунизм вечной, нескончаемой борьбы, а не оппортунизма. Коммунизм человеческой твердости и суровой правды. Более небуржуазного, нефилистерского театра в истории искусства России трудно даже и сыскать.

Левый поворот Таганки укрупнил русский театр, нарастил его объем, создал конфликт, «вольтову дугу» внутри самого себя, от которого стали отталкиваться другие художники. Вместе с Давидом Боровским они создали выдающийся формалистический театр: театр самозначащей декорации, которая превращалась в причудливый иероглиф, формулу, театр актера-трибуна и театр предмета – борона в «Конях», цепи и плаха в «Пугачеве» (спектакль оформял Борис Бланк), окровавленная дверь в «Преступлении», борт грузовика в «Зорях», занавес в «Гамлете», березки в «Живом», лифт в «Доме на набережной» – были точно такими же арт-объектами, артефактами, как текст или артист на сцене.

Трагедия с труппой, которая случилась в финале биографии Любимова, только укрупняет его личность: он жил страстно, мучительно, мучая себя и других, и ушел одиноким, непонятым художником, изганным собственной труппой, теми, кого сам же и создал.

До конца жизни ставил спектакли. «Бесы» для вахтанговской труппы были его последней работой в драматическом театре сегодня и работой очень значительной – собственно, единственной в русском театре, где отчетливо и художественно полноценно зазвучала, как ни странно, антилиберальная консервативная нота, нота оторопи. Можно было лично не соглашаться с таким мышлением, но вызывала уважение эстетическая и идеологическая убедительность высказывания мастера. Любимов всегда убеждал, у него были крупные эстетические аргументы.

Театральный критик Ольга Галахова свою статью о Любимове назвала «отец хора». Это очень важная характеристика. Тем более, если под хором подразумевать весь русский театр сегодня. Любимов – не просто режиссер, он организатор театрального пространства. От Таганки идут множественные ветви в разные стороны. Любимов – «питомник» театрального эксперимента, его вечноживые корни, расползающиеся по территории российского театра. Отец хора. Могучая крестьянская натура. Человек-ровесник советского государства, перенесший на своем горбу все коленца отчечественной истории.

В 13 лет меня мама привела на спектакль «Преступление и наказание», в нем, разумеется, уже не играл Высоцкий, но спектакль был все еще силен. Выйдя с этого спектакля, я уже знал, что стану заниматься театром. Такие истории о себе могут рассказать сегодня тысячи тех, кто сегодня работает в театре. Любимов умел вдохновлять, заряжать на годы. Спасибо, Юрий Петрович, покойтесь с миром. Вы заслужили покой.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Ушел из жизни актер Борис Плотников

    Народный артист России Борис Плотников умер от коронавируса на 72-м году жизни. Об этом сообщил ректор ГИТИСа Григорий Заславский.  «Борис Григорьевич умер. Он лежал с коронавирусом неделю на аппарате ИВЛ», — рассказал Заславский. ...
  • Ирина Антонова: «Над Москвой будет пролетать «Джоконда». Вот бы ее остановить»

    Сегодня, 1 декабря, ушла из жизни Президент Государственного музея изобразительных искусств им. Пушкина. «Театрал» публикует архивный текст – выступление Ирины Антоновой на творческом вечере в киноклубе «Эльдар», где она рассказала зрителям о своей дороге в искусстве. ...
  • Ушла из жизни Ирина Антонова

    В возрасте 98 лет умерла Ирина Антонова, президент Государственного музея изобразительных искусств имени Пушкина. Директором Пушкинского музея Ирина Антонова была 52 года, с 1961-го по 2013-й. Она активно развивала сотрудничество с зарубежными музеями. ...
  • Встретимся у Этуша

    Комиссия по монументальному искусству Московской городской Думы обратилась в Совет муниципальных депутатов Пресненского округа по поводу возведения памятника народному артисту СССР Владимиру Этушу. Монумент планируется возвести на пересечении улицы Спиридоновка и Спиридоньевского переулка. ...
Читайте также