Анна Дворжецкая в спецпроекте «Театрала»

«Меня никогда не ставили в угол»

 

Уже несколько лет Анна Дворжецкая служит в РАМТе — театре, с которым связана жизнь ее родителей — Евгения и Нины Дворжецких. Актриса говорит, что какие бы взлеты и падения ни случались в профессии, для нее всегда главной является мамина оценка.
«А как ты выглядишь?»

— Мне было 9 лет, когда папы не стало, — говорит Анна. — Этот день начинался обычно — утром я ушла в школу. А когда вернулась, увидела зареванную маму. Она увела меня в другую комнату, усадила на кровать, посмотрела в глаза и сказала: «Папы больше нет, он погиб». Я уткнулась в нее и заплакала. Потом я старалась держаться. Пыталась не плакать при маме, ведь ей было еще тяжелее. Кроме меня, у нее на руках остался мой шестимесячный брат. Поэтому я уходила к себе в комнату и плакала там. Мы старались не давить на больное — она не плакала при мне, я не плакала при ней. Мы с мамой не то чтобы вычеркнули эту тему, мы просто старались ни к чему не прикасаться: не смотрели фильмы с папой, не разглядывали его фотографии. Было очень больно.

Мама у меня герой. Даже представить страшно, как она это пережила. Они с папой почти 20 лет были единым целым. Позна­комились в институте, совсем молодыми поженились, работали в одном театре. И вдруг эта нелепая авария… Мама говорит, что она не имела права в тот момент упасть, рыдать в подушку и ничего не делать.

На самом деле она не жила. Она существовала. Бегала с работы на работу — в театр, на съемки, на озвучку. Не отказывалась ни от чего. Мы с ней практически не виделись. Утром я уходила в школу, а вечером, когда она приходила, я уже спала. Однажды, когда они выпускали в театре «Фандорина», у нее выдалась свободная минутка, и она позвонила домой. Я подошла к телефону. Она спросила:

— Ань, как дела?

Я ответила:

— Все хорошо.

Тогда она быстро закончила:

— Ну, ладно. Пока. Мы репетируем. Приду поздно. Не знаю, во сколько.

И тут я спросила:

— Мам, прости, пожалуйста, а как ты выглядишь?

Думаю, она улыбнулась и оценила эту горькую шутку.

Разговор со взрослым человеком

Ни я, ни мой брат никогда не ходили в детский сад. Мама нас от этого оградила. Может быть, потому, что в ее детстве была психологическая травма. Она выросла в интеллигентной московской семье. Ее папа, Игорь Иосифович Горелик, был инженером-электронщиком, мама — гидом-переводчиком в «Интуристе». Но едва маме исполнилось шесть лет, ее родители развелись. И моя бабушка отдала ее в интернат. Это был хороший мидовский интернат. Там учились дети дипломатов, но все равно интернат есть интернат, и мама всегда вспоминала о нем, как о страшном сне. Ей было там одиноко. Поэтому она убеждена, что ни при каких условиях ребенок в нежном возрасте не должен жить отдельно от родителей. Ему положено засыпать и просыпаться в своей кроватке, а не на казенных простынях.

Теперь у меня растет дочка. Я стараюсь воспитывать ее так же, как нас воспитывала мама. Соне уже 4 года, и она тоже не ходит в детский сад.

Для мамы семья и дети всегда стояли на первом месте. Она очень мудрая и заботливая мать. Всегда разговаривала со мной, как с взрослым человеком. Даже когда я была маленькой, она общалась со мной точно так же. Никогда не лебезила ни передо мной, ни перед братом. Меня никогда не ставили в угол, не наказывали за двойки, хотя они тоже бывали.

Они с папой так меня воспитали, что мне и самой становилось стыдно, если получала двойку. Я знала, если я что-то сделаю хорошо, то обязательно получу какой-то подарок или похвалу — для меня это было очень важно. Маму, конечно же, вызывали на родительские собрания, но она бывала на них всего пару раз. Она не видела в этом смысла, потому что и так знала, как учатся ее дети.

Мама всегда повторяет:

— Что бы с вами ни произошло, я прошу только об одном: включайте голову. Думайте! Когда включается голова, можно объяснить, что надо делать, как поступать.

И еще у нее есть одно непременное требование: если задерживаешься, обязательно позвони. Если этого не происходит, она впадает в панику. Мама никогда не кричит. Но когда она чем-то недовольна, начинает говорить, как мы называем, «толстым» голосом. У нее и так-то голос низкий, а тут он становится еще ниже — идет как бы из недр живота. Это очень страшно. Сразу же хочется убежать.

Династия продолжается

Считается, что все девочки хотят быть артистками. Ко мне это не имеет никакого отношения. Я хотела быть кем угодно, но только бы не актрисой. Но когда папы не стало, в газетах начали появляться статьи с заголовками: «Династия Дворжецких закончилась». Мне стало так обидно. У меня мама артистка, а еще есть я и мой брат. Мы тоже Дворжецкие. Почему же династия закончилась? И я предложила маме:

— Давай я в кино поснимаюсь. Может, получится?

Мама привела меня в актерское агентство и попросила повесить мою фотографию. А скоро действительно раздался звонок, и меня пригласили на пробы к Елене Цыплаковой. Она снимала сериал «Полосатое лето», и меня утвердили на роль Жени Гурвич. Потом я сыграла дочку главной героини в сериале «Любительница частного сыска Даша Ва­сильева». После премьеры я полезла в Интернет — почитать отзывы. Еще бы, я ведь уже настоящая артистка, меня снимают, обо мне пишут! Ну и начиталась о себе такого, что надолго отбило любовь к Интернету. В особенности огорчило распространенное мнение, будто в кино я устроилась по блату.

При моей склонности к рефлексии это действительно было ужасно. Тогда пришла на помощь мама. Она объяснила, что если я собираюсь стать артисткой, то либо не должна это читать никогда, либо относиться к этому снисходительно. Ведь всегда найдутся люди, которым больше нечем заняться, как не сказать о ком-нибудь гадость.

Потом были «Веселые похороны», где главную роль должен был играть папа. Вместо него снимался Абдулов, а я играла его дочь. И если в телесериале «Даша Васильева» я играла практически саму себя, то здесь все было иначе. И мне стало интересно находить для своей героини походку, жесты, движения. Одним словом, я вошла во вкус. Конечно, я решила поступать в театральный институт.

Сама подготовила программу и только тогда показала маме. Она уже преподавала в Щу­кинском училище (да и папу там помнят) — предложила поступать к ним. Но я испугалась, что опять заговорят про блат. Тогда моя мудрая мама вновь объяснила мне, что блат заканчивается, как только начинается работа. Актерский труд — это ежедневный экзамен.

Я ее послушалась и поступила в Щукинское. Мне никто не помогал.

«Ладно, выходи замуж»

Я очень рада, что сейчас рядом с мамой Леша Колган. Когда он появился в ее жизни — стал приходить к нам в гости, подвозить ее на работу и с работы, ухаживать — мне было 13 лет. Естественно, у меня во дворе была своя жизнь, и я не обращала на это внимания.

А потом мы отдыхали в Доме творчества в Рузе. К нам должна была приехать мама, и мы побежали к воротам ее встречать. Помню, я подбежала к машине и увидела рядом с мамой Лешу. Мама протянула мне руку, а на пальце — колечко. И только тут до меня дошло, что мама приехала с женихом. Я приняла это в штыки. Была категорически против — у нас же есть папа. И я не хотела, чтобы кто-то занимал его место. Маме пришлось долго убеждать меня, что папу не заменит никто. Просто они полюбили друг друга и хотят дальше строить жизнь вместе. Она больше не может быть одна, и я должна это понять.

Мы с ней обе рыдали. Я повторяла:

— Я не хочу, чтобы у тебя кто-то был.

Потом я взяла себя в руки и сказала:

— Ладно, выходи за него замуж...

Я была на свадьбе минут 15, после чего демонстративно уехала. Претворялась, что у меня болит то голова, то живот.

Алеша не подлизывался ко мне, не старался чем-то подкупить. Он просто дал понять, что искренне, по-настоящему любит маму и хочет, чтобы она была счастливой и нас хочет сделать счастливыми. Он маленькими-маленькими шажочками шел к моему сердцу, которое растопил. Я увидела, что моя мама счастлива. Она посветлела, ожила, стала улыбаться, чего я не видела уже 4 года. И тогда я поняла, что была неправа.

Сейчас у нас с Лешей замечательные отношения. Он прекрасный человек. Я безумно счастлива, что он появился в маминой жизни. Они так любят друг друга, и это никуда не отодвигает папу. Миша называет его папой, я — отцом. У них прекрасная семья. Они все время шутят, что-то придумывают. Я иногда спрашиваю маму:

— Где ты его нашла? Я тоже так хочу.

Сейчас я с дочкой живу отдельно. Но мы с мамой без конца созваниваемся. Мы не просто мать и дочь. Мы подруги. Моя дочка называет ее Нинулей, хотя мама совсем не против, чтобы она называла ее бабушкой, но для Сони она исключительно Нинуля.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Светлана Немоляева: «У меня были «двойки» по всем предметам»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Евгений Писарев: «Я приезжаю к маме — там культ меня!»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но пока не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Ольга Прокофьева: «Ее силе мог позавидовать любой мужчина»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Римас Туминас: «Однажды мама меня спасла»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но, по известным причинам, так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный по душевности сборник состоит из пятидесяти монологов именитых актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
Читайте также