Юбиляр Александр Ширвиндт един в трёх лицах – актёр, педагог, художественный руководитель

 

Первые роли Александр Ширвиндт сыграл в театре «Ленком», где Анатолий Эфрос доверил выпускнику «Щуки» Нечаева в «Снимается кино», Феликса в «104 страницы про любовь», Тригорина в «Чайке», Людовика в «Мольере». В Театр на Малой Бронной Эфрос взял с собой 10 артистов, в их числе и Ширвиндта, с которым собирался ставить «Дон Жуана». В итоге Дон Жуан случился только на ТВ в постановке «Всего несколько слов в честь господина де Мольера». Когда Валентин Гафт ушёл из Театра Сатиры, на роль графа Альмавивы в спектакле «Женитьба Фигаро» в 70-м году пригласили Ширвиндта. И с тех самых пор он служит и «рулит» здесь, а с 59-го преподает в Театральном училище им. Щукина. Александр Анатольевич никогда не стремился заполучить звание, сделать карьеру. Всё пришло к нему заслуженно и в своё время.
Вера Васильева, актриса Театра Сатиры
- Вначале у моей героини Розины в спектакле «Женитьба Фигаро» в роли мужа был Валентин Гафт. Потом он ушёл и театра, и на эту роль пригласили Александра Ширвиндта. Это абсолютно разные индивидуальности. Если Гафт был острым, резким, то Ширвиндт наоборот подчёрчивал аристократизм, барственность своего героя. Он вошёл в спектакль легко, мне даже не пришлось перестраиваться, потому что тема моей Розины – это желание, чтобы любовь мужа продолжалась. Задачи были те же, мне хотелось, чтобы меня любили. Потом был совместный спектакль «Его превосходительство», в котором Ширвиндт играл избалованного красавца, князя Вово. Я не была связана с ним сценами и наблюдала за его игрой из-за кулис. Он всегда был красивым и обаятельным. И остаётся по сей день. Но мне кажется, он не любит свою красоту. Он человек не самовлюблённый, очень ироничный, и по отношению к самому себе, поэтому во многих ролях был смешным, некрасивым. Сейчас мы играем с ним в двух спектаклях: «Орнифль», который идёт лет 10, и «Мольер». В обоих я играю его жену и испытываю величайшее счастье. Он всеми нервами проникает в партнёра, чувствует его. Когда в «Орнифле» он произносит: «Верните мне мою душу. Я боюсь, что она мне скоро понадобиться», – у меня наворачиваются на глаза слёзы. Он питает мои чувства. Даёт такой эмоциональный толчок, что я даже не замечаю, что в обоих спектаклях  у меня маленькие роли. Мне кажется, что они огромные.

Что особенно важно: Ширвиндт, заняв должность художественного руководителя театра, не изменился. Он остаётся чутким, добрым человеком. Любой из актёров может прийти к нему и поговорить, как с другом, о своей судьбе. Он не отдалён от нас. Он может выйти из любого положения, благодаря своей иронии и подвижному уму. Никогда не видела, чтобы он слукавил или соврал. Он беспокоится о молодёжи, любит своих учеников, даёт им возможность проявить себя, но не забывает и о старшем поколении. Мне хочется поблагодарить его за спектакль «Реквием по Радомесу» – подарок Оле Аросевой и мне. Мы не ходили к нему, не просили роли, он сам захотел сделать нам подарок соответствующий нашему возрасту. Я это очень ценю.

Евгений Парамонов, актёр Театра Маяковского

- Первое, что меня поразило при знакомстве с Александром Анатольевичем, так это то, что весь его внешний вид, холёное барство – оказалось обманом. Перед нами был ответственный педагог, очень обязательный и действительно работающий. Мы с ним делали дипломный спектакль «Мнимый больной». Он как всегда со своей неизменной трубкой сел напротив нас и протянул: «Ну, давайте, почитайте что-нибудь». Создалось впечатление, что ему это всё в тягость, что, может быть, он вообще не будет с нами работать, и всё делать придётся самим. Он посмотрел пьесу, вздохнул: «Как много страниц… Надо что-то придумать!» Каково же было наше удивление, когда на следующую репетицию он принёс сокращённый вариант пьесы. Дома он придумал для каждой сцены своё решение. Уже потом, работая с Ширвиндтом, я понял, что в голове у него счётная машинка. В дальнейшем мы уже ничего не меняли в тексте. Он показывал нехотя, в полноги. Даже не особо показывал, скорее, намекал, но очень смешно. Мы хохотали, а он при этом был абсолютно невозмутим.

За всё время работы, я смог его один раз рассмешить. Однажды во время репетиции он мне сказал: «Женька, ну можно как-то поталантливее?» Я обернулся к нему со сцены и совершенно искренне спросил: «Ещё талантливее?» Тут он рассмеялся. Наверно, скорее, от моей наглости. Я вспоминаю о том времени, о работе режиссёра с актёром, когда можно, оказывается, всё решить без крика, без выяснений отношений – кто тут главный? Работать, получая удовольствие, да ещё и смеясь. У него потрясающая любовь к студентам. Когда мы к нему подходили и начинали издалека: «Александр Анатольевич, можно вас на минуточку, мне крайне неудобно…». Он разворачивался: «Сколько?» Ты начинал извиняться: «Мне буквально на 3 дня», – а он, протягивая деньги, говорил: «Ладно, не ври!» 

Мы были курсом немного брошенным, потому что набирал нас Калиновский, а потом ему пришлось уехать. В результате, когда у нас был выпускной, к нам в ресторан никто не приехал, кроме Александра Анатольевича. С курса он многих взял к себе в Театр Сатиры. На протяжении долгого времени после окончания института мы встречались в парикмахерской. Пока его стригли, я подсаживался к нему, и он засыпал меня вопросами: «Ну, Женька, расскажи, что у вас? Что ставить будут? Гончаров как? У тебя роль какая?» Что я могу сказать, он чудный, он замечательный. Я завидую его ученикам. Вот бы ещё раз пережить то время!            

Алла Сурикова, кинорежиссёр

- Я снимала его в роли Стифенсона в картине «Чокнутые». Придумала, что этот герой – такой ласковый, нежный, все время ходит с котом. Снимали мы в Австрии, в Вене. Нашли ему белого, пушистого, посадили на руки. Он иронично заметил: «Кот, который пачкает мой костюм, получает в 10 раз больше, чем я, народный артист!» Он считал, что это несправедливо, но дело всё в том, что кот был австрийский, то есть иностранец, а артист – наш. Он сыграл основную сцену. Я попросила его задержаться ещё на один день. Он стал возражать: «Я уже всё сыграл!» Показываю ему сценарий: «Вот видишь, здесь написано: Стифенсон закашлялся». Он удивился: «Ты хочешь, чтобы я целый день кашлял? Я не могу, у меня репетиция в театре!» Тут уж удивилась я: «Австрия,  90-й год, лишний день в Вене!». Но не уговорила. Стремление к работе в театре оказалось сильнее. Даже торт «Zacher», который можно попробовать только в Вене, его не остановил.

Я хочу пожелать ему всяческих благ. Он взвалил на себя ношу серьёзную – руководство театром, причём Театра Сатиры, где шаг влево – не смешно, а шаг вправо – расстрел. Пройти по лезвию и остаться целым может только Шура Ширвиндт с его дипломатической улыбкой, с его неувядающей молодостью, с его нестареющей шевелюрой.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Наталья Наумова: «Мы с мамой — подруги»

    Журнал «Театрал» выпустил в свет уникальный сборник, который состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов,  рассказывающих о главном человеке в жизни — о маме. Эти проникновенные воспоминания не один год публиковались на страницах журнала, и теперь собраны вместе под одной обложкой. ...
  • Нарисованный театр Рузанны Мовсесян

    Когда театр не может пригласить вас к себе, он неожиданно является к вам в виде книги. Это буквально на наших глазах придумывает и талантливо воплощает режиссер Рузанна Мовсесян. И, конечно, это наш Пушкин и, конечно, это наш «Евгений Онегин», но довольно необычный – «Роман в стишках и в картинках». ...
  • Владимир Войнович: «У нас в семье не отмечались праздники»

    Журнал «Театрал» выпустил в свет уникальный сборник, который состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов,  рассказывающих о главном человеке в жизни — о маме. Эти проникновенные воспоминания не один год публиковались на страницах журнала, и теперь собраны вместе под одной обложкой. ...
  • Анатолий Белый: «Мы пройдем через еще один глобальный кризис»

    Почему свобода в нашей стране не становится «национальным культом», как в Швеции, что потерял первый нобелевский лауреат Бунин в 1920-м и о каких «потерях» надо говорить в путинскую эпоху, о «театральном деле» и запасах внутренней независимости – актер МХТ им. ...
Читайте также