Кирилл Пирогов, актер «Мастерской П.Фоменко», исполнитель главной роли в спектакле «Носороги»

«Это с каждым может случиться»

 

Любимого героя Эжена Ионеско – Беранже – единственного, кто остался человеком, в «Мастерской П.Фоменко» сыграет Кирилл Пирогов.
– «Носороги» у вас получаются страшные или смешные?

– Не знаю… У нас про людей вообще…

– А настоящий Человек может превратиться в носорога, если он Человек?

– Тут никто не застрахован. Как говорит один персонаж пьесы: «Это с каждым может случиться».

– Но случается тем не менее не с каждым.

– Почти с каждым. Эту пьесу, когда она появилась, сразу восприняли как антифашистскую. Время было такое. Но ведь она не только об этом. Она многогранна. Она больше, чем просто антифашистская. Мне кажется, что в наше время делать спектакль только об этом бессмысленно. С каждым человеком в жизни происходят невероятные превращения. Иногда помимо собственной воли, иногда сознательно он идет на те вещи, которые раньше и представить-то себе не мог.

– От чего это зависит? От среды, от воспитания? Ведь даже у маленького ребенка есть что-то, что он не может себе позволить, и все тут. А не потому, что мама заругает.

– Мне трудно ответить… Там, в пьесе, не написано, как остаться человеком. Или как избежать такого рода «превращения». Там написано: «надо быть человеком». А как остаться… не сказано. А «быть» им нужно. Со всем тем, что в каждом из нас есть.

– Но чтобы «быть человеком», им надо «быть», простите за тавтологию. Им не надо оставаться. То есть либо ты человек, либо нет.

– Да, но как это сделать? Мы же все равно люди практического дела. Вот я спрошу любого человека: «Ты есть или тебя нет?» И любой, конечно же, мне ответит: «есть»… Отстраненно, может быть, это и точно, а если буквально взять… У Ионеско же очень буквально все написано. Как разные люди совершенно по-разному пытаются спастись, выстоять в этом. И как они ломаются. Кто-то от неизбежности, кто-то уговаривает сам себя, что это нормально, кто-то, совершенно не задумываясь об этом, просто чувствует, что с ним что-то происходит. И не понимает что. Это страшно написано. По-человечески. Ионеско все возможные пути этого превращения очерчивает. Но он не написал рецепт лекарства. Хотя, вероятно, знал его. Вот у Чехова в пьесах много-много вопросов, почему так происходит, а ответов нет. Почему? Не потому, что у него их не было, и не потому, что у него не было своего ощущения по этому поводу. Здесь то же самое. Мы, кстати, думали о том, что в «Носорогах» есть даже чеховские настроения. Вопрос есть – громадный. А ответа нет. Финальный кусок пьесы очень неоднозначный. Беранже пытается уйти к носорогам, стать таким же носорогом. А у него не получается. Он из последних сил пытается – и не может. Почему? Там, конечно, заложен внутри ответ, но его нельзя объяснить.

– Пресловутый выбор, когда каждый должен сам для себя решать… Вот только это надо уметь, не так ли?

– Конечно. И потом они же все боятся. И те, кто осознает происходящее, вполне адекватно к нему относятся. Всё понимают, но сделать с этим ничего не могут. Я никогда не понимал, почему «театр абсурда» так называется. Кстати, у Ионеско спросили как-то в 80-х или 90-х годах: «Театр абсурда» умер, как вы к этому относитесь?» И он сказал: «Театр абсурда» не умрет никогда, потому что это театр правды». Это важное замечание. Ведь в «Носорогах», кроме перевернутых предлагаемых обстоятельств, все остальное настолько реально… И даже полудокументально, если к этому подойти поближе. Даже становится странно, что от пьесы остается легкое, воздушное, какое-то комическое, острое ощущение. Потому что все это действительно очень похоже на жизнь. Ионеско хотел, что бы это не играли, а жили бы этим, мне кажется. Он вообще, насколько я знаю, не любил такой «представленческий» театр, не любил жеманство на сцене, нажимную, яркую игру. Я думаю, что как про жизнь нашу в двух словах ничего не скажешь, так и про эту пьесу в двух словах мало что можно сказать. Потому что она настоящая. И живая.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Евгения Симонова: «Большая семья — мое великое счастье»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Евгения Симонова: «Не люблю премьерные спектакли…»

    В день юбилея Евгении Павловны Симоновой «Театрал» от души поздравляет актрису и публикует интервью, которое она дала нашему изданию не так давно.  Евгения Симонова – из тех людей, кто не любит шумихи вокруг собственных дел. ...
  • Светлана Немоляева: «У меня были «двойки» по всем предметам»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но так и не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
  • Евгений Писарев: «Я приезжаю к маме — там культ меня!»

    Журнал «Театрал» продолжает публиковать главы из книги «Мамы замечательных детей», которую мы издали нынешней весной, но пока не успели широко представить читателям. Этот уникальный сборник состоит из пятидесяти монологов известных актёров, режиссёров и драматургов, которые рассказывают о главном человеке в своей жизни — о маме. ...
Читайте также