Артисты Театра Олега Табакова – о профессии и «бабочках в животе»

 

В период карантина Театр Олега Табакова предоставил шанс поближе познакомиться со своими артистами. Зрители задавали вопросы, по электронной почте, и получали видео-ответ, опубликованный в соцсетях театра. В акции приняли участие Ольга Красько, Марианна Шульц, Виталий Егоров, Марина Зудина, Сергей Беляев, Аня Чиповская, Вячеслав Чепурченко, Иван Шибанов. Мы выбрали самые неожиданные фрагменты из зрительских интервью.

Ольга Красько

–  Сыграв какую роль, Вы утвердились в том, что театр и кино – «ваше все»?

– Когда я поступала в институт, то решила, что, если все получится с первого раза, буду в актерской профессии двигаться вперед, вкладывая все свои силы, всю свою душу. И по сей день так и происходит. Эта профессия бездонная, она меня развивает, раздвигает рамки моего «я». Но вопрос твое это или не твое, мне кажется, мучает каждого артиста, начиная с института и всю жизнь. Вне зависимости от успешности или не успешности, хотя это тоже бесконечно важно. Как сказал однажды один из великих артистов: «Это неизвестным солдатом быть почетно, а неизвестным артистом нет». Но можно быть сколько угодно узнаваемым, востребованным и все равно не испытывать уверенности, что ты на своем месте. Так что, такой роли нет, но есть другое.

Когда я со своим еще школьным, любимым коллективом «Надежда» колесила по городам и весям нашей страны, мы давали концерты в овощехранилищах, воинских частях, детских домах и домах престарелых… Я видела глаза людей, которые приходили на наши концерты. Они были уставшими, измученными, иногда сердитыми, хотя концерты были бесплатные, и вряд ли их заставляли прийти смотреть на детей, но все равно, люди приходили с грузом своих забот, а уходили после концерта цветущие, с раскрывшимися, ясными лицами. Они были готовы отдать нам за эту радость все свои огурцы, молоко, картошку – все, что было… Я видела те перемены, которые произошли со зрителями, я видела, что это мы сотворили это чудо – пусть на короткое на время, но люди забывали о своих проблемах, тяготах жизни и уходили окрыленные. И еще тогда я поняла – что вот оно главное, вот он смысл. Придя в профессию, все эти годы я опираюсь в своей работе на это «главное», а не на свое место в искусстве, довольно скромное. 

Нужно максимально раскрывать, расширять себя, не только для того, чтобы быть более информативным, но и чтобы дать людям больше глубины, мысли. Я выхожу на сцену, и всем сразу видно, с каким содержанием – не спрячешься. Думаю, что зритель внутреннюю пустоту многих фильмов, спектаклей, актеров прекрасно видит и чувствует. Перечитывая Чехова или Станиславского, которые много гововрили и писали о той культуре, которую должен нести в себе артист, я с каждым годом все больше понимаю, что миссия нашей профессии – донести до людей что-то глубокое, важное, настоящее. Кого-то заставить задуматься, кого-то поддержать, кого-то порадовать. И сейчас, получив ваши отзывы и вопросы, я понимаю, что все это, видимо, не зря. И, наверно, именно это делает театр и кино «моим все».

Виталий Егоров

– Что Вы коллекционируете?

– Сказать, что я коллекционер-коллекционер, наверно, не могу. Но вот в классе 6-м у меня была большая коллекция кактусов. Я отрывал «детки», где только мог, в школе, в магазине… Потом высаживал, и все подоконники дома были заставлены кактусами. Я даже заставил их цвести, мне был раскрыт секрет, как это сделать. И все мои питомцы, от эхинокактусов до маммиллярий, были в цвету.

Еще собрал довольно большую коллекцию дисков Марии Каллас, заполучив все, что можно было купить в Москве и в Советском Союзе. Помню, мы были на гастролях в Америке. Большой тур, очень сложный, потому что каждый вечер играли спектакль, «Сублимацию любви» с Олегом Павловичем и Мариной Зудиной. Но в Нью-Йорке выдалось немного свободного времени, и я случайно забрел в магазин на Манхэттене, где продавались диски. Почти все, что имелось в наличии с записями Марии Каллас, я скупил. Оставил там почти все свои суточные. 

Марианна Шульц

– Кого Вам нравится озвучивать и почему?

– В озвучание я пришла очень давно, в 1995 году, когда Мосфильм был закрыт и работала только «Тонстудия» (производственный комплекс киноконцерна «Мосфильм», крупнейшая студия звукозаписи в России). На озвучку меня привела Мария Сергеевна Виноградова, которая озвучивала «Ёжика в тумане», «Простоквашино», огромное количество мультфильмов. Потрясающая актриса, тонкий мастер. Ее голос живет в коллективном сознании нескольких поколений. Она познакомила меня с режиссером Леонидом Белозоровичем, и я начала озвучивать сериал «Беверли хиллс 90210». Мои коллеги были большими профессионалами, а я чувствовала себя, как гадкий утенок. Много ошибалась, из-за меня часто останавливали запись, стыдно было безумно, но я старалась сделать все возможное, чтобы снова это не допустить. Потом у меня появились прекрасные барышни: Кейт Уинслетт, Моника Белуччи, Пенелопа Крус, Джулия Робертс, Рене Зельвегер… Много потрясающих голливудских актрис. Могу сказать, что больше всех, наверно, в процентах 80 фильмов, я озвучивала Кейт Уинслетт. Поэтому с ней у меня более тонкий разговор, я  чуть-чуть ее познала, скажем так. Она в каждой картине разная, и я тоже стараюсь быть разной. Ее психофизика мне близка.

Я обожаю эту профессию. Никогда заранее не узнаю, что за фильм буду озвучивать, какую актрису, потому что мне нравится все. Аудиокнига, реклама шоколада? Пожалуйста! Компьютерная игра? Прекрасно! Мне нравится это существование у микрофона: мое одиночество, моя сублимация. Бывает, то, что я озвучиваю, потом случается и в моей жизни. Это магия. Магия голоса, моего «проникновения» в актрису, в персонажа, в ту историю, которую я проживаю и, кстати, могу в ней многое изменить или сделать по-своему. Это манящий, завораживающий процесс. 

Вячеслав Чепурченко

– Видела Вас в спектакле «Моя прекрасная леди», где Вы замечательно поете и танцуете. Вам нравится жанр мюзикла?


– Обожаю! Обожаю эти вселенные, в которых люди от переизбытка эмоций начинают петь или танцевать. Знаете, как это бывает в жизни, когда бабочки в животе, хочется запеть… Но по нашим социальным нормам, правилам нельзя, просто неприлично петь в метро или прыгать по турникетам. Очень люблю смотреть мюзиклы именно вживую, потому что магия, происходящая на сцене, не передается через экран.

Аня Чиповская

– Что Вы делаете, если все не складывается? Удается ли держать спину прямой при любых обстоятельствах?


– Ну, я бы не сказала... Бывает, что очень сильно «накрывает» происходящее: обстоятельства, неудачи, несбывшиеся ожидания. Все это бывает очень ощутимо. Но я стараюсь держаться. Во-первых, что толку расстраиваться. Что произошло, то произошло. А во-вторых, всегда беру пример с моей бабушки, Царство ей небесное. Она была человеком невероятно витальным, невероятно теплым, светлым и добрым. Я бесконечно ей восхищалась. Ее жизнь была совсем нелегкой. Начиная с того, она потеряла сына, когда он был 13-летним мальчиком. Трагически погиб. Потом бабушка дважды перенесла онкологию и справилась с ней. Но, несмотря на все это, более жизнерадостного, улыбчивого человека, желающего поднять настроение всем вокруг, я не встречала. Она умела радоваться абсолютно всему. Ну, к примеру, я занята, вся в делах, в телефоне, а бабушка смотрит Animal planet и говорит: «Анечка, ну, посмотри, какой удивительный подводный мир!». И я выпадала из своей гонки, садилась рядом с ней и смотрела. Она умела подать простые вещи не как нечто, само собой разумеющееся, а как чудо. Как маленькое чудо жизни, которое происходит каждый день. И я, когда наваливаются обстоятельства, всегда вспоминаю бабушку – и думаю, что мы со всем справимся.

  • Нравится



Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

Читайте также