В четверг, 16 августа, Мосгорсуд продлил домашний арест Кириллу Серебренникову до 19 сентября. Поскольку режиссер провел в таких условиях дольше предельно допустимого срока, вопрос о продлении меры пресечения рассматривал Мосгорсуд. В соцсетях группа «Гоголь-центра» опубликовала расшифровку речи своего художественного руководителя в суде. «Театрал» приводит этот текст полностью.
– Ваша честь, следующий год в России объявили Годом театра. У меня тут уже произошел мой Год театра! Уже год меня держат под арестом по выдуманным, абсурдным обвинениям. Год этот «театр» продолжается - я, мои адвокаты объясняем, как была устроена «Платформа» по-настоящему, а не по фантазиям следствия. Год мы говорим о невиновности меня и моих товарищей. Год все это длится. Следствие теперь просит продлить мне срок домашнего ареста до сентября. Следствие за этот «Год театра» не нашло в себе силы представить в суд хоть что-то, что оправдывало мою изоляцию от общества. Просто у следствия нет ничего, что бы доказывало, что я скроюсь, буду оказывать влияние на свидетелей, буду им угрожать, уничтожать доказательства, заниматься преступной деятельностью.
Следствию наплевать на закон и следствие всякий раз убеждало суд первой инстанции – Басманный суд – в том, что закон в нашем деле не главное. Теперь оно пытается убедить в том же и Вас, Ваша честь, судью Московского городского суда.
Я уже много раз выступал в судах и рассказывал о том, что в действительности происходило на «Платформе», чем там я, как художественный руководитель, занимался, что делали мои товарищи, какие мероприятия и в каком объеме мы провели. Я не устал это повторять. Говорить правду всегда легко. Мне есть, чем гордиться: «Платформа» безусловно была важнейшим проектом - и для культуры России, и в моей творческой биографии. Это очевидно всем, даже следователям.
Прочитав все тома уголовного дела, я теперь вижу всю абсурдность, как самого этого дела, так и всего, что происходит вокруг него. И теперь стало очевидно, что сами следователи, пытаясь опорочить меня и моих товарищей, идут на самые крайние и незаконные меры. Я неоднократно говорил об оговоре нас в преступлении, которого не было. Теперь, после того, как обнаружился подлог протоколов свидетелей, всем стали очевидны факты прямой фальсификации доказательств.
Бороться с нарушениями следователей должны не мы – бороться с этим должно само государство, которое постоянно называет себя правовым и в котором суд считается независимым и честным органом.
За этот «Год Театра» я много думал о причинах этого дела, о том, кому оно выгодно, о том, чего пытаются добиться следователи. Кому нужно уничтожить режиссера, который делал свободный театр, пусть он даже кому-то и не нравился? Кому нужно уничтожить людей, которые честно и эффективно работали в сложнейших условиях не отлаженной театральной экономики, без законов, которые помогают, а не мешают хозяйственной деятельности в театре? У меня много вопросов и нет прямых ответов. Наверное, это нужно тем, кто хочет, чтобы все испугались, чтобы все театральное сообщество больше не сказало ни одного честного слова. Чтобы опять театр стал одинаковым, согласованным, удобным, безопасным. Понятно, что для достижения этих целей годится только одно средство - расправа. Расправа, в которой все средства хороши, даже фальсификации протоколов свидетелей и прямой подлог. Когда нарушения в бухгалтерии представляются как «преступление, совершенное специально для этого организованной группой».
В течение нынешнего, настоящего «Года театра» мне постоянно говорят «держитесь», и я безмерно благодарен всем людям за поддержку. Благодарен за веру в мою честность и порядочность, в мою полную невиновность. Но я хочу сказать вот что: дорогие друзья, «держитесь» и вы. Я уже в жерновах, я понимаю, насколько они бездушны, бессмысленны, подлы, по-глупому беспощадны. Я свободный человек и я буду делать все, чтобы не дать этим жерновам меня перемолоть. Я буду бороться за правду. Важно и вам не дать себе испугаться, не начать малодушничать в искусстве и жизни, не вести себя так, что потом, когда «Год театра» кончится, будет стыдно. Поэтому и вы все – держитесь!
Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.
– Ваша честь, следующий год в России объявили Годом театра. У меня тут уже произошел мой Год театра! Уже год меня держат под арестом по выдуманным, абсурдным обвинениям. Год этот «театр» продолжается - я, мои адвокаты объясняем, как была устроена «Платформа» по-настоящему, а не по фантазиям следствия. Год мы говорим о невиновности меня и моих товарищей. Год все это длится. Следствие теперь просит продлить мне срок домашнего ареста до сентября. Следствие за этот «Год театра» не нашло в себе силы представить в суд хоть что-то, что оправдывало мою изоляцию от общества. Просто у следствия нет ничего, что бы доказывало, что я скроюсь, буду оказывать влияние на свидетелей, буду им угрожать, уничтожать доказательства, заниматься преступной деятельностью.
Следствию наплевать на закон и следствие всякий раз убеждало суд первой инстанции – Басманный суд – в том, что закон в нашем деле не главное. Теперь оно пытается убедить в том же и Вас, Ваша честь, судью Московского городского суда.
Я уже много раз выступал в судах и рассказывал о том, что в действительности происходило на «Платформе», чем там я, как художественный руководитель, занимался, что делали мои товарищи, какие мероприятия и в каком объеме мы провели. Я не устал это повторять. Говорить правду всегда легко. Мне есть, чем гордиться: «Платформа» безусловно была важнейшим проектом - и для культуры России, и в моей творческой биографии. Это очевидно всем, даже следователям.
Прочитав все тома уголовного дела, я теперь вижу всю абсурдность, как самого этого дела, так и всего, что происходит вокруг него. И теперь стало очевидно, что сами следователи, пытаясь опорочить меня и моих товарищей, идут на самые крайние и незаконные меры. Я неоднократно говорил об оговоре нас в преступлении, которого не было. Теперь, после того, как обнаружился подлог протоколов свидетелей, всем стали очевидны факты прямой фальсификации доказательств.
Бороться с нарушениями следователей должны не мы – бороться с этим должно само государство, которое постоянно называет себя правовым и в котором суд считается независимым и честным органом.
За этот «Год Театра» я много думал о причинах этого дела, о том, кому оно выгодно, о том, чего пытаются добиться следователи. Кому нужно уничтожить режиссера, который делал свободный театр, пусть он даже кому-то и не нравился? Кому нужно уничтожить людей, которые честно и эффективно работали в сложнейших условиях не отлаженной театральной экономики, без законов, которые помогают, а не мешают хозяйственной деятельности в театре? У меня много вопросов и нет прямых ответов. Наверное, это нужно тем, кто хочет, чтобы все испугались, чтобы все театральное сообщество больше не сказало ни одного честного слова. Чтобы опять театр стал одинаковым, согласованным, удобным, безопасным. Понятно, что для достижения этих целей годится только одно средство - расправа. Расправа, в которой все средства хороши, даже фальсификации протоколов свидетелей и прямой подлог. Когда нарушения в бухгалтерии представляются как «преступление, совершенное специально для этого организованной группой».
В течение нынешнего, настоящего «Года театра» мне постоянно говорят «держитесь», и я безмерно благодарен всем людям за поддержку. Благодарен за веру в мою честность и порядочность, в мою полную невиновность. Но я хочу сказать вот что: дорогие друзья, «держитесь» и вы. Я уже в жерновах, я понимаю, насколько они бездушны, бессмысленны, подлы, по-глупому беспощадны. Я свободный человек и я буду делать все, чтобы не дать этим жерновам меня перемолоть. Я буду бороться за правду. Важно и вам не дать себе испугаться, не начать малодушничать в искусстве и жизни, не вести себя так, что потом, когда «Год театра» кончится, будет стыдно. Поэтому и вы все – держитесь!
Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.
