Первой премьерой юбилейного 70-го сезона в «Современнике» стала «Женитьба Бальзаминова», где Михайло Дмитрича сыграл Дмитрий Смолев, а в роли свахи на сцену вышла Марина Неёлова. Режиссер спектакля – Сергей Газаров.
«Не нужно нашему человеку ничего, кроме счастья», – уверен автор постановки. В его спектакле Бальзаминов не просто ищет счастья: он четко представляет свою идеальную жизнь во снах и мечтах. И настолько проникается ими, что нырнуть в этот идеальный иллюзорный мир зрителям хочется вслед за героем. В версии Сергея Газарова Бальзаминов старше, чем в пьесе Островского. Персонажу Дмитрия Смолева 43 года, отчего история начинает играть другими красками: мы видим не молодого инфантильного юношу, а трогательного взрослого человека, который задается философскими вопросами и грезит о большой любви. Михайло Бальзаминов открыт и наивен, как ребенок, умеет радоваться мелочам и видеть надежду на лучшее в каждой секунде своей жизни – уникальная способность, дарованная далеко не каждому. «В нашем деле без счастья ничего не сделаешь. Ничего не нужно, только будь счастье», – считает герой.
Работая над спектаклем, Сергей Газаров обратился к двум частям трилогии о молодом чиновнике Бальзаминове: «Свои собаки грызутся, чужая не приставай» и «За чем пойдёшь, то и найдёшь», – что придает истории больше подробностей и доброго юмора.
Ослепительная Марина Неёлова, едва узнаваемая в образе свахи Красавиной, очень органична и невероятно смешна. А вместе с властной и эмоциональной героиней Натальи Качаловой так хочется в один голос сказать ставшее классикой: «Я добрая!»
Во время сна Бальзаминова по сцене летают – то падая, то поднимаясь откуда-то из глубин бальзаминовской фантазии – белоснежные цветы на лианах. Их необычайную легкость поддерживают парящие, словно облака, платья хореографической группы невест, о которых грезит Михайло Дмитрич. Неповторимый характер каждой подчеркивают пышные, скрывающиеся под прозрачной тканью, подолы (художник по костюмам Мария Боровская). Так и складывается атмосфера желаемой Бальзаминовым свободы – фантазии, где возможно все. «В сумерках отчего ж и не заняться иногда, не помечтать-с?», – говорит Михайло Дмитрич.
«Каждый имеет возможность нарисовать свое счастье сам. Во сне. Бальзаминов тоже нарисовал свое счастье: высокий стройный блондин», – подчеркивает Сергей Газаров. Однако, как и в жизни, на смену фантазии приходит реальность, с которой приходится считаться. Об этом напоминает технически сложная сценография (художник Евгения Шутина), составленная в несколько уровней из бесконечной протяженности оград. Первый ярус – забор с широкими воротами. Второй – деревянная конструкция, в ее центре – множество замков. Третий уровень похож на два предыдущих. И над всем этим возвышается кровать Бальзаминова с одеялами и подушками в рюшах. «Разбудила на самом интересном месте!» – сокрушается Михайло Дмитрич. В общем, мечтать нужно, но забывать о реальном мире не стоит, иначе может это все плачевно закончиться.
В спектакле Серегя Газарова юмор Островского приобрел современные нотки и прозвучал по-русски весело (в буфете гостей ждали бублики и пирожки, самовар и даже каравай).
«Не нужно нашему человеку ничего, кроме счастья», – уверен автор постановки. В его спектакле Бальзаминов не просто ищет счастья: он четко представляет свою идеальную жизнь во снах и мечтах. И настолько проникается ими, что нырнуть в этот идеальный иллюзорный мир зрителям хочется вслед за героем. В версии Сергея Газарова Бальзаминов старше, чем в пьесе Островского. Персонажу Дмитрия Смолева 43 года, отчего история начинает играть другими красками: мы видим не молодого инфантильного юношу, а трогательного взрослого человека, который задается философскими вопросами и грезит о большой любви. Михайло Бальзаминов открыт и наивен, как ребенок, умеет радоваться мелочам и видеть надежду на лучшее в каждой секунде своей жизни – уникальная способность, дарованная далеко не каждому. «В нашем деле без счастья ничего не сделаешь. Ничего не нужно, только будь счастье», – считает герой.
Работая над спектаклем, Сергей Газаров обратился к двум частям трилогии о молодом чиновнике Бальзаминове: «Свои собаки грызутся, чужая не приставай» и «За чем пойдёшь, то и найдёшь», – что придает истории больше подробностей и доброго юмора.
Ослепительная Марина Неёлова, едва узнаваемая в образе свахи Красавиной, очень органична и невероятно смешна. А вместе с властной и эмоциональной героиней Натальи Качаловой так хочется в один голос сказать ставшее классикой: «Я добрая!»Во время сна Бальзаминова по сцене летают – то падая, то поднимаясь откуда-то из глубин бальзаминовской фантазии – белоснежные цветы на лианах. Их необычайную легкость поддерживают парящие, словно облака, платья хореографической группы невест, о которых грезит Михайло Дмитрич. Неповторимый характер каждой подчеркивают пышные, скрывающиеся под прозрачной тканью, подолы (художник по костюмам Мария Боровская). Так и складывается атмосфера желаемой Бальзаминовым свободы – фантазии, где возможно все. «В сумерках отчего ж и не заняться иногда, не помечтать-с?», – говорит Михайло Дмитрич.
«Каждый имеет возможность нарисовать свое счастье сам. Во сне. Бальзаминов тоже нарисовал свое счастье: высокий стройный блондин», – подчеркивает Сергей Газаров. Однако, как и в жизни, на смену фантазии приходит реальность, с которой приходится считаться. Об этом напоминает технически сложная сценография (художник Евгения Шутина), составленная в несколько уровней из бесконечной протяженности оград. Первый ярус – забор с широкими воротами. Второй – деревянная конструкция, в ее центре – множество замков. Третий уровень похож на два предыдущих. И над всем этим возвышается кровать Бальзаминова с одеялами и подушками в рюшах. «Разбудила на самом интересном месте!» – сокрушается Михайло Дмитрич. В общем, мечтать нужно, но забывать о реальном мире не стоит, иначе может это все плачевно закончиться.В спектакле Серегя Газарова юмор Островского приобрел современные нотки и прозвучал по-русски весело (в буфете гостей ждали бублики и пирожки, самовар и даже каравай).
